Анана выхватила свой лучемет, и ее луч скрестился с его на второй орлице. Он крикнул ей, чтобы она бежала к ближайшему аэролету.

Она дышала ему в затылок, когда он нырнул в него, и без единого слова с его стороны схватила большой проектор. Кикаха уселся перед пультом управления и запустил моторы. Аэролет поднялся на фут и устремился ко входу в туннель. Три орлицы пытались остановить его своими телами. Судно прошло… тум… тум… тум… каждый раз подбрасывая Кикаху.

Затем его бросило вперед, и он стукнулся грудью о пульт — у него не было времени пристегнуться, — когда судно застряло в узком каменном отверстии. Он увеличил мощность. Металл заскрежетал о гранит, когда судно протаранило туннель, словно шомпол, прочищающий пушку.

На секунду яркий круг выхода из туннеля им частично перегородила огромная птица.

Послышался глухой удар, затем стук, и аэролет выскочил на яркое желтое солнце и яркое зеленое небо с бело-голубым прибоем — краем моря в 15 километрах ниже.

Кикаха обуздал свое желание поскорее бежать. Он поднял аэролет вверх, подал назад и снизился, паря над входом. Как он и ожидал, выскочил аэролет.

Это был один из захваченных орлицами.

За ним последовал полуаэролет. Анана разрезала оба по продольной оси установленным на полную мощность проектором.

Обе стороны аэролета отломились и упали, а с ними и разрезанные орлицы, и половины их зеленых тел еще долго виднелись, прежде чем их поглотила далекая пучина.

Кикаха опустил аэролет и выстрелил из носового проектора на полной мощности в туннель. Раздавшиеся внутри вопли подсказали ему, что он мог убить несколько орлиц и по меньшей мере на долгое время нагнал на них страху. Тут он подумал разрезать камни над входом и заблокировать его, но решил, что на это потребуется слишком много энергии. К тому времени в воздухе кишмя кишели патрули орлиц с поверхности монолита и новоприбывшие. Он врезался аэролетом в самую середину их, отбросив многих в сторону, в то время как Анана сжигала других. Вскоре они прорвались сквозь стаю и понеслись на полной скорости над горным хребтом, отгораживающим край уровня от Великих Прерий.

Затем он резко снизился над прерией, летя на бреющем полете, потому что чем ближе он держался к поверхности, тем меньше оставалось шансов, что их засечет аэролет Колокольников. Кикаха летел над самой травой и вспучивающимися холмами, деревьями, огромными седыми мамонтами и мастодонтами, гигантскими лохматыми бизонами и дикими лошадьми, тощими прерийными верблюдами с испуганными мордами, девятифутовым рыжевато-коричневым Фелисатроксом, жестоким львом, длинноногими собакомордыми гепардо-львами, саблезубыми смилодонами и лохматыми, тупыми на вид мегатериями — над многими тысячами видов зверей и птиц и миллионами полифераций жизни. Кикаха проносился над всеми ними и летел дальше, видя за три часа то, чего не мог увидеть и за пять лет путешествия по земле.

Он пролетел поблизости от нескольких стойбищ Народов Прерий, мимо типи и круглых вигвамов вингашупта, хайхова, такотита и над кавалькадой полуконей, над свирепыми воинами, охранявшими со всех сторон племя, и самками, тащившими на волокушках племенное имущество, и над молодняком, резвившимся и скакавшим, словно жеребята.

Эти зрелища вызывали у Кикахи дрожь восторга.

Одному ему из всех землян выпало счастье жить в этом мире. И ему покамест что везло, и если он должен будет умереть в этом мире, то он не сможет сказать, что прожил жизнь зря. Напротив, ему даровалось то, что даровалось очень немногим людям, и он был благодарен. Несмотря на это, он намеревался продолжать жить. Было еще много чего повидать, исследовать, подивиться, много интересных бесед и прекрасных женщин, и врагов, с которыми требовалось драться насмерть.

Не успела последняя мысль придти ему в голову, как он увидел в прерии странный отряд. Он притормозил и поднялся футов на 50. Это были конные дракландцы с небольшим отрядом тишкетмоакской кавалерии и тремя Колокольниками. Он разглядел серебряные шкатулки, притороченные к седлам их коней.

Они натянули поводья, думая, что в аэролете находятся другие Колокольники. Кикаха не дал им много времени на пребывание в неведении.

Он резко снизился, Анана разрезала всех троих пополам, а остальные в панике убежали. Кикаха подобрал шкатулки и позже сбросил в широкую реку Петчетакл.

Он не мог вычислить, как этот отряд забрался так далеко от Таланака, даже если они скакали день и ночь. Более того, они ехали с противоположного направления.

Тут его осенило, что они, должно быть, прошли через врата в этом районе.

Он помнил врата, спрятанные в пещере, в группе невысоких, но с крутыми склонами каменистых холмов примерно в пятидесяти милях от края. Он направил аэролет туда и нашел именно то, что и ожидал.

Колокольники оставили сильную охрану, чтобы гарантировать, что Кикаха ими не воспользуется. Кикаха захватил их врасплох, сжег всех и загнал аэролет в пещеру.

Один Колокольник находился в нескольких футах от больших единых врат в виде кольца, к которым он и бежал. Прежде чем он добрался до них, Кикаха прожег в нем дырку.

— Шестнадцать долой. Осталось тридцать четыре, — заметил он. — И, может быть, еще множество в следующие несколько минут.

— Не думаешь ли ты пройти через врата? — недоверчиво произнесла она.

— Они должны быть связаны с храмовыми вратами в Таланаке, — сказал он вместо ответа. — Но, может быть, нам следует приберечь их до другого времени, когда у нас будут кое-какие резервные силы.