– Отлично! – сказал Тони. – Что ж, развлекайся. Ты еще всех нас переживешь.

– И переживу! – запальчиво ответил Паккер. – Однако зачем ты все-таки пришел?

– Да ни за чем, дядюшка. Просто заскочил проведать и напомнить, что выходной ты обещал провести у нас. Энн настояла, чтобы я непременно зашел и напомнил. Дети всю неделю дни считали…

– Я помню, – соврал Паккер, поскольку напрочь забыл о данном обещании.

– Я могу заехать за тобой. Скажем, в три пополудни?

– Нет, Тони. Спасибо. Не беспокойся. Я вызову стратотакси. В три будет очень рано, а у меня еще полно дел.

– Надо думать, – сказал Тони и двинулся к выходу, потом добавил с порога: – Не забудь!

– Разумеется, не забуду, – резко ответил Паккер.

– Энн обидится, если ты не приедешь. Она запланировала на вечер все твои любимые блюда.

Паккер проворчал что-то в ответ.

– Ужин в семь, – напомнил Тони жизнерадостно.

– Хорошо, Тони. Я приеду.

– Ладно, дядюшка, до вечера.

«Молокосос, – подумал Паккер. – Опять неизвестно что затеял, наверно. Всю жизнь проворачивает какие-то делишки, а толку никакого. Еле на жизнь хватает…»

Он вернулся к столу.

«Наверно думает, что получит в наследство мои деньги. Хоть там и не Бог весть сколько… Что же, пусть думает. Я, пока не потрачу все до последнего цента, помирать не собираюсь».

Паккер сел за стол, взял один из конвертов, вскрыл его перочинным ножом и высыпал содержимое на маленький расчищенный в середине стола пятачок. Затем включил лампу, пододвинул плафон ближе и склонился над марками.

Очень даже неплохая подборка, оценил он сразу. Вот, например, марка с Близнецов-12 – или это 16? – отличный образчик современной классики: сколько изящества, сколько фантазии, какая тонкая работа гравера и сколько здесь чувствуется любви и внимания, бумага высочайшего качества и превосходная печать.

Паккер принялся искать пинцет, но на столе его не оказалось. Он порылся в ящике, содержимое которого и без того напоминало разоренное крысиное гнездо, но тоже безрезультатно. Тогда он опустился на колени и поискал под столом.

Пинцета нигде не было.

Отдуваясь, он забрался обратно в кресло. Настроение было испорчено.

«Куда они вечно деваются? – подумал он сердито. – Наверно, уже двенадцатый пинцет… Черт бы их побрал, никогда не помню, куда в последний раз положил…»

В дверь снова позвонили.

– Войдите! – в сердцах крикнул Паккер.

Вошел небольшого роста человек, чем-то похожий на мышь, мягко прикрыл за собой дверь и остановился у порога, нервно теребя в руках шляпу.

– Прошу прощения… Мистер Паккер?

– Ну, разумеется, это я, – нетерпеливо произнес Паккер. – Кого еще вы ожидали тут увидеть?

– Э-э-э… сэр… – незнакомец сделал несколько шажков и остановился. – Меня зовут Джейсон Пикеринг. Возможно, вы обо мне слышали…

– Пикеринг? – Паккер на мгновение задумался. – Пикеринг? О, конечно же, я слышал о вас! Вы собираете систему Полярной звезды.

– Верно, – признал Пикеринг чуть жеманно. – Я весьма польщен, что вы…

– Напротив, – перебил его Паккер, поднимаясь и протягивая гостю руку. – Это большая честь для меня!

Он наклонился и скинул со стула два кляссера и три обувные коробки. Одна из них опрокинулась, и на пол посыпались марки.

– Прошу вас, садитесь, мистер Пикеринг, – галантно предложил Паккер.

Гость несколько ошарашено присел на край стула.

– Боже, – произнес он, окидывая взглядом царивший в квартире беспорядок, – у вас тут огромное количество материала. Но вы, без сомнения, всегда можете отыскать то, что вам нужно…

– Чаще всего, нет, – ответил Паккер, опускаясь в кресло. – Я по большей части даже не знаю, что у меня есть.

Пикеринг хихикнул.

– Тогда, сэр, вас ждет в будущем множество замечательных сюрпризов.

– Едва ли. Я никогда ничему не удивляюсь, – заносчиво произнес Паккер.

– Однако к делу. Я бы не хотел отнимать у вас время попусту. Нет ли у вас случайно марки «Поларис-17б» на конверте? Это довольно редкий номер, даже сам по себе, и я ни разу не слышал, чтобы кому-то марка встречалась вместе с конвертом. Однако мне посоветовали обратиться к вам: возможно, у вас есть то, что я ищу…

– Подождите, дайте вспомнить. – Паккер откинулся на спинку кресла и мысленно перелистал страницы каталога. Есть: вспомнил! «Поларис-17б» – маленькая марка, можно даже сказать, крошечная, ярко-голубая с алым пятнышком в нижнем левом углу, а по всему полю – плотный орнамент из тонких завитков.

– Да, – сказал он, открывая глаза. – Похоже, у меня есть такая марка. Помнится, много лет назад…

Пикеринг затаив дыхание наклонился вперед.

– Вы хотите сказать, что у вас действительно…