Дверь в квартиру тихо скрипнула, послышалось какое-то шуршание в коридоре, затем в дверях появилась Кэтрин.

— Привет — обратилась она к Джимми — Что делаешь? Был сегодня в больнице? — сыпала вопросами девушка

— Притормози. Привет. Ты почему так рано сегодня с работы вернулась? — удивленно спросил Джимми

— Рано? Вообще-то уже семь

— Сколько?! — переспросил парень, еще более удивленным тоном

— Ты слышал сколько. Ну, так что в больнице сказали? — стягивая с себя сапожки, продолжала Кэтрин

— Сказали, что обязательно нужно ехать, иначе никуда не поступлю, не устроюсь на работу нормальную. Вот такие дела, сестренка — грустно выдавил из себя парень, не отводя глаз, от включенного телевизора

— Когда?

— Не знаю, сказали четырнадцатого придти — нагло соврал парень

— Что делать будешь? — Кэтрин присела на край кровати Джимми — Придется ехать?

— Не знаю я, Кэт. Дожить еще нужно до четырнадцатого, а там уже видно будет — парень заметно нервничал

— Скажи мне честно, Джимми. Только ты не злись и не психуй. Хорошо? — Кэтрин взяла парня за руку — Ты когда-нибудь ощущал себя чужим или ненужным? Неужели у тебя проблемы с головой?

— Отстань от меня с этим вопросом! — парень быстро вскочил с кровати — Не лезь ко мне! С этими разговорами! Какая тебе разница? Все равно не веришь!

— Подожди — Кэтрин пыталась удержать молодого человека за рукав кофты, но тщетно

Джимми быстрыми шагами дошел до кухни и закурил, хотя табачный дым уже вызывал приступ рвоты, но это был единственный верный способ уйти от разговора. Зло переполняло парня, и снова, он обратился к демонам, сидевшим внутри его разума.

— И почему все так? Я даже не могу рассказать о вас своим близким — тихо говорил парень, ожидая ответа

— А ты уверен, что она поймет тебя? А не как всегда лишь посмеется и не поверит? — едва заметно, пролетели в голове слова

— Даже не знаю, не уверен — парень взял в руки телефон — Зато, знаю, кто поймет — пальцы начали набирать какое-то сообщение

— Да. Но вот только ты ее потерял. И неужели ты веришь, что она тебя любит? Если это так, то ответь мне на один вопрос. Где она была, когда мы тащили тебя из этого болота? Когда все люди бросили нас? — голос был не понятный, но по стилистики речи, говорил Генри.

— Тащил, чтобы убить? — не понимая, кто общается с ним, продолжал парень.

— Это не я намекаю тебе на смерть и разрезанные вены! — теперь стало окончательно ясно, кто сейчас заполнял голову Джимми — Я лишь хочу, чтобы ты понял, никто и никогда тебе не поможет! Плюнь на всех этих людей! А при необходимости вскрой их тела! Нас никогда не поймают — дальше тихо и злобно раздался смех

— Отвали! — Джимми уже очень сильно злился, продолжая набирать текст — Она любит меня! — это уже походило на бред, но парень предпочитал верить в иллюзию, нежели признать неясный и очень болезненный факт

«Привет. Я знаю, что не должен тебе писать, но, иногда, кажется, что ты и есть тот единственный человек, который поймет и примет меня. Я не знаю, что со мной творится. Какие-то голоса слышу в голове. Зачем ты тогда ушла? В самый тяжелый и ответственный момент моей жизни. Если у тебя есть возможность, то ответь, пожалуйста».

Через пару минут раздался звук, парень посмотрел на телефон, в экране которого красовалась надпись «Новое сообщение».

«Привет. Не пиши ты мне, глупыш. Да я ушла, просто ты довел. И мне было все равно, что твориться у тебя в жизни. И сейчас все равно. У меня своя жизнь, у тебя твоя. Пока».

Такой небольшой, но очень ценный ответ. В голове Джимми уже взорвалась та мина, на которую лишь стоит наступить, а затем убрать ногу. Бум. Остатки осознанных мыслей разлетаются по частям и просторам этой вселенной. Перед глазами кадры постельных сцен, где она и еще одно похотливое тело в потных соприкосновениях дарят друг другу часы наслаждения. Земля пошла кругом, а на глаза навернулись все те же чистые и прекрасные слезы.

Четырнадцатое число пришло незаметно. Снега по-прежнему не было, а вместо тонкого льда, на дорогах разлились миниатюрные озера, окрашенные бензиновыми кляксами. Джимми проснулся очень поздно, на часах было около двух. Кэтрин находилась на работе, и парню пришлось обдумывать вечерний диалог, который ему предстоял. Но до тех пор тянулись часы спокойствия.