– Так вы летите? – спросил он, раскуривая сигару.

– Да, – Кэтрин отставила пустую рюмку и повернулась к нему, – я готова.

Стоя в прозрачной капле несущегося вниз лифта, Роббо задумчиво глядел на серые плиты причального сектора номер семь, залитые ярким вечерним солнцем экватора. Вокруг него кипела привычная жизнь огромного порта – везде, всюду. Сотни тысяч людей занимались своими обычными делами: заключали сделки, надирались в барах и ресторанах, двигались через посты контроля, ругались с диспетчерами и операторами. Он стоял в бликующей стеклянной колбе рядом с пахнущей засохшей кровью женщиной, и толстая сигара в его зубах лениво исходила сладким дымом – такая же равнодушная, как и его застывшие глаза.

Лифт остановился. Роберт ступил на пружинистый пластик площадки и зашарил в карманах, отыскивая взятый у Арифа ключ-транскодер.

– Ваш друг, похоже, предпочитает настоящую роскошь, – произнесла Кэтрин, восхищенно разглядывая сверкающую вязь золотых узоров на боку могучего «Макмартина» – ту, которая стоит не просто дорого, а очень дорого…

– Он один из хозяев планеты, – усмехнулся Роберт, любезно указывая ей на раскрывшуюся дверь пассажирского салона.

– Знаете, – она чуть смутилась и отступила в сторону, – я как-то не привыкла летать… там, в салоне босса.

– Воля ваша, – пожал плечами Роббо, – садитесь рядом со мной. Хотя сзади, конечно, вам было бы гораздо удобнее.

Она боится испачкать диван, понял он. О, Господи!.. Устроившись в пилотском кресле, он запустил двигатель и привычно потянул штурвал, поднимая тяжелую машину в воздух. Спустя несколько минут бешено несущийся по пустому нижнему коридору коптер миновал границы порта и с едва слышным гудением полез в безоблачную синь тропического неба. Незаметно скосив глаза, Роберт залюбовался точеными икрами своей спутницы, видневшимися из-под синей форменной юбки. Она вытащила из сумочки тонкую серебряную сигарету, щелкнула зажигалкой и откинулась на спинку анатомического кожаного кресла.

– Где вы учились, милорд?

Неожиданно прозвучавший вопрос заставил его помедлить с ответом.

– Я закончил военно-дипломатическую акдемию на Орегоне, мэм.

– Вот даже как… – она выпустила в сторону струйку дыма и посмотрела на Роберта с искренним любопытством. – Ни за что бы не догадалась. И вы, владетельный лорд, старший офицер контрразведки, играете в странные игры с банальной мафией? Вам больше нечего делать?

– А кто вам сказал, что эта самая мафия прям-таки банальна? – захохотал Роберт. – Странно слышать такое из уст столичного следователя!.. Ну, а что касается игр… знаете, мой круг проблем несколько отличается от вашего. Отличаются, конечно же, и способы их решения. А то, что вы видели сегодня, – он нахмурился и раздраженно щелкнул пальцами, – касается дела о государственной измене первой степени, и в ближайшее же время ваши коллеги будут отстранены от ведения расследования.

– Значит, мне не везет, – задумчиво кивнула она, – и то, что еще минуту назад казалось мне шансом, опять уплывает из моих рук.

– Черт возьми, вам грозит безработица?

– Безусловно, нет. Но, вы знаете, очень трудно примириться с мыслью о том, что делать карьеру уже поздно.

– Мне сложно возразить вам, – вздохнул Роббо, – мне вообще сложно прокомментировать это заявление – любой мой ответ будет шагом стратегически неверным…

Глаза Кэтрин Раш изумленно распахнулись – несколько секунд она смотрела на него с веселым недоумением, затем вдруг счастливо рассмеялась:

– О, Боже! Вы выиграли в один ход! Мне начинать раздеваться?

– Вы решили взять инициативу в свои руки, – менторским тоном сообщил ей Роберт, – я не стал возражать, и для начала вы сыграли в старуху. Я не обратил внимания на эту контратаку, так как подобные вещи на меня не действуют. Затем вы решили разыграть хитрую партию гордячки – хитрую настолько, что любая моя реплика неминуемо возвела бы между нами непробиваемую стену… м-мм? Скажите, Кэтрин, для чего нужно строить стену между собой и своим желанием?

– А вам интересны женщины, не требующие усилий по обольщению?

– Пас, – хохотнул Роберт, поднося к губам ее тонкую ухоженную ладонь. – Надеюсь, вы довольны моим талантом интригана-аналитика? Кровь господня, я горд своей зоркостью – вы сразу показались мне явлением из ряда вон. Я ваш, мэм, владейте на здоровье!..

– В таком случае извольте лечь в левый вираж – я живу в Ливенуорте.

Под округлым бортом коптера пронеслось неоновое заревое вечерней столицы. Роберт круто вывернул штурвал и слегка отдал его от себя, пуская машину в пологое снижение. За толстыми стеклами поплыли далекие силуэты гигантских небоскребов, тонущие в дымном мареве голографических реклам. Широко раскинувшийся на трех холмах город остался по правому борту – ведомая уверенной рукой Роббо короткокрылая машина неспешно планировала в сторону одного из тихих недорогих пригородов.

– А знаете, – негромко произнесла Кэтрин, провожая взглядом гаснущее за кормой сияние, – я ведь помню этот город совсем другим… Конечно, я была тогда еще ребенком, но, тем не менее я помню – это был сонный захолустный поселок с одним отелем и парой ресторанов. Потом – грохот, страшный грохот летящих катеров и танки, десятки танков на улицах! Все были жутко перепуганы, мои родители три дня не выходили из дому. Никто не знал, что происходит… и пожалуйста – сегодня это самый многолюдный, самый деловой и самый шикарный мегаполис в человеческих мирах.