В кабинете декана присутствовал молодой вампир полицейский. При виде его, у меня сжались все внутренности. Первым делом, я подумала, что что-то случилось с Мирой и меня вызвали именно по этому поводу, как свидетеля и подругу.

Видимо я побледнела. Полицейский, взглянув на меня, сразу предложил мне присесть и стакан воды. От воды, я отказалась и сев на стул около стола декана, приготовилась слушать.

– Агнеса – Глядя мне в глаза, произнес декан. – Ночью в развалинах замка произошло ритуальное убийство. Ты ничего не слышала, а может ты случайно видела убийц.

– Замок находиться далеко от моего дома. – Тихо ответила я. – Да и стены у замка толстые, нет, я ничего не слышала. Спать я легла рано, после наступления сумерек никого чужих на улице не было, а если и был кто, то я в темноте не вижу.

– Вот посмотри. – Сказал полицейский, поставил передо мной портативный компьютер и включил картинку. – Может ты встречала эту девушку.

На экране компьютера появилась страшная фотография места преступления. В центре рисунка, который должен был означать магическую пентаграмму, лежала растерзанная девушка. Лицо девушки было изуродовано, волосы все в крови, что невозможно определить их цвет. Живот девушки был разорван, а все внутренности вывернуты наружу. Девушка была голая, лежала на спине, раскинув руки и ноги.

Преодолевая себя, я начала рассматривать картинку подробно, пытаясь отыскать знакомые черты Миры. Тело жертвы было так изуродовано, что как я не вглядывалась, не могла найти ни одной знакомой черты, это вселяло надежду, Мира жива.

В глаза бросилась надпись около жертвы на древнемагическом языке. Буквы были выведены правильно, а построение предложения было не верным, но смысл фразы можно было уловить. Звучала она примерно так – «Похоть будет наказана».

Проговорив про себя перевод надписи, я запоздало сообразила, что вампиры могли прочитать по губам. Подняв голову, я увидела заинтересованные взгляды, направленные на меня.

– Ты знаешь этот язык? – Спросил декан.

Я покачала головой, отрицая, говорить я не решилась, старые вампиры чувствовали ложь, да и врать я никогда не умела.

Молодой полицейский заговорил с деканом на языке вампиров. Он сказал, что у жертвы отсутствует печень и сердце и можно предположить, что это был оборотень. Вампирский язык, я знала в совершенстве, маги изучали его так же как древнемагический. Язык своих врагов нужно знать.

– Это не их время. – Машинально ответила я. – Сейчас нарастающая луна, да и не едят оборотни внутренности, они могут только разорвать жертву на куски, но есть её не будут.

Только после того, как я высказалась, я поняла, что натворила. Внимательно вглядываясь в фотографию на компьютере и пытаясь отыскать в жертве знакомые мне черты, я даже не заметила, как перешла на вампирский язык. Спасибо моим учителям, я могла легко переходить с одного языка на другой, и сейчас это умение подвело меня. Подняв голову, я перевела взгляд на декана. Интерес в его взгляде усилился, но он не собирался расспрашивать меня сейчас, откуда я знаю вампирский язык, его сейчас интересовало расследование и поиск убийцы.

– Что это за ритуал? И что означает эта пентаграмма? – Спросил он.

– Это не ритуал. И это не пентаграмма, а геометрическая фигура из учебника старших классов школы. – Ответила я.

– Меня интересует твое мнение, кто это мог быть? – Спросил декан.

– Вы сами знаете, господин декан.

– Агнеса, я не враг тебе. – Заявил декан.

– Извините, мне нужно на лекцию. – Сказал я, и нажала на кнопку, чтобы увидеть следующий снимок.

Что меня подвигло это сделать, я не могу объяснить, наверное, это была так называемая женская интуиция или предчувствие. Увиденное, привело меня в ужас. Я увидела кровь и кусок красной ткани. Меня затрясло, на глаза навернулись слезы. Вскочив со стула, я выскочила за дверь и побежала по коридору.

Завернув за угол, я увидела братьев Вартаки и побежала им на встречу. Врезавшись в грудь Вальтера, я отскочила от него на шаг и быстро заговорила:

– Мира.. ты повел её в клуб… где она, её нет на занятиях, а в замке труп девушки…

Больше я выдержать не могла и у меня из глаз полились слезы. Я начала шмыгать носом и рыдать. Ну почему, я такая размазня, не могу сдержаться. И надо же мне было разреветься перед хищниками, показать им свою слабость. Слабых, они сразу переводят в разряд жертв.

Чтобы привести себя в порядок, я начала искать в сумке салфетки, за что мне все это и почему я не могла найти другой более спокойный город. Или это все мой дар, не видела бы кто передо мной и жила бы спокойно. Слезы лились из глаз, а салфетки никак не находились.

Мою руку осторожно вытащили из сумки и вложили в неё упаковку с бумажными салфетками.

– Спасибо. – Машинально ответила я, вытащив салфетку, начала вытирать слезы.

– Ты готова рассказать, все спокойно. – Услышала я голос Вальтера.