Я взглянула на Дарка.

– Прости, мне пора.

Догнала Жданова и мы отправились на следующую пару.

– Так ты не сказала, кто этот чувак?- внимательно посмотрел на меня друг.

– Так, один знакомый,- я легкомысленно пожала плечами.- А почему тебя это так интересует?

– может я ревную?- то ли в шутку, то ли всерьез произнес Ник.

– Ты что такое говоришь...?

– Угу. А что, я не могу ревновать, по-твоему?

– И на каком же, интересно, основании?- заявление парня меня шокировало.

– А у меня разве нет повода? Разве, у тебя с тем парнем ничего нет?

– Нет, - я отчаянно затрясла головой.
– И потом, мы же друзья?

Жданов печально улыбнулся, и отвернув от меня лицо еле слышно прошептал;

– Сама-то веришь?

– Ник...
– прошептала я, потянувшись к его руке.

Он отдернул свою руку, и спрятал ее за спину.

– Ник, ты мне очень дорог, - вырвалось у меня.

– Но не настолько насколько тебе дорог этот парень, - неохотно сказал Жданов. И с отчаяньем добавил: - А я останусь твоим другом. Но ты просто должна знать...

– Да я знаю!
– заорала я, не выдержав.- Но и ты пойми меня, я не могу воспринимать тебя иначе как друга.

Никки с любопытством изучал выражение моего лица.

– Я все равно скажу. Я тебя...

– Нет! Пожалуйста, Никки, не говори,- мой голос звучал как-то жалобно и просительно.

Но встретившись глазами с его жестким взглядом, я поняла, что моим просьбам не внимут.

– Я тебя люблю.

Он был прав - я не могла принять чувств Ника, и этим ранила его .

Я знала только одно - что каждую проведенную с ним минуту, буду мучиться, осознавая, что не люблю его. Сродни пыткам инквизиции жизнь с нелюбимым человеком. Но парень не виноват. Рано или поздно, он все равно не выдержал бы и признался. Для меня просто наступил день истины. Чем дольше я тяну с отказом, тем будет труднее, сказать что я не испытываю к нему романтических чувств.

В отличие от Дарка. И тут Ник угадал. Это совсем не похоже на любовь. Это скорее... Как физическое притяжение. Когда я вижу его, то полностью теряю над собой контроль, будто марионетка у опытного кукловода.

– Не говори ничего, я и так уже все понял, - улыбнулся Ник, у него получилось почти искренне.

– Прости, - пробормотала я.

– Ничего, мы по-прежнему друзья и по-прежнему собираемся в кино. Ведь так?

– Ага.

Я потеряю его... Осознание этого, вызвало ощущение, будто в груди зияет огромная дыра, вырванный кусок души, оставляя глубокие и неизгладимые шрамы на кровоточащем от боли сердце.

Жданов буквально вытащил меня на улицу и попросил самому сесть за руль.

– Что? Ты шутишь?
– вылупилась я.- Доверить тебе моего малыша? У тебя хотя бы права есть?

– А то как же!

– Покажи!- тут же потребовала я.

– Они все прописаны в Конституции.

– Не ёрничай, Жданов,- прежняя неловкость между нами постепенно сходила на нет. Или мне так казалось.

Когда мы подъехали к кинотеатру, я сунула Нику пятисот рублевую купюру. Но удостоилась лишь презрительного фырка, а Жданов, выбравшись из машины, направился в здание за билетами. Я последовала за ним.

Мы выбрали какую-то молодежную американскую комедию.

Удобно устроившись в кресле, я поедала попкорн, и следила за развитием сюжета на экране. А там двое подростков-неудачников уже попали в какую-то переделку.

– Ха, Строгонова! Этот парень похож на тебя,- рассмеялся друг, когда один из неудачников, решив перемахнуть через забор, встретился лицом с асфальтом.

– Эй! Я так никогда не падала!- Я набрала горсть попкорна из ведерка и запустила ее в Жданова.

– Ах так!-грозно прорычал Ник.- Ну получай теперь!

В меня полетел ответный град из попкорна. В отличие от меня у друга он был сладкий. Если эта гадость застрянет у меня в волосах- в век не вытащить! Поэтому я стала уворачиваться и весело хохотать, когда Ник промахивался.

– Молодые люди, не могли бы вы продолжить свои игры в другом месте!- сделал нам замечание пожилой мужчина в твидовом пальто. ( Это когда на улице +20!)

– Простите, больше не повториться,- пролепетала я.