Гирька весом в 1 либру

дворце Элевтерии. Эта концентрация мастерских помогала избежать разглашения секретов производства.

Эта монополия была сопряжена с проблемой рабочей силы. Во времена Юстиниана использовались только рабы, которых силой принуждали к работе. При Ираклии в VI веке их жизнь улучшилась, а Лев VI в конце IX века освободил императорских рабов. Таким образом, в X—XI веках в императорских мастерских, использовались уже наемные работники, и приходилось заботиться о соблюдении секретности людьми, которые имели право выходить за пределы мастерской. На первых стадиях изготовления шелка (прессование и ткачество), были заняты женщины, а портными, красильщиками и изготовителями парчи являлись мужчины. Рисунки, украшавшие ткани, показывают, что эти ремесленники становились настоящими художниками; они проявляли удивительное изобретательство в окраске шелка: тирский пурпур, фиолетовый пурпур, или более нежные оттенки, вроде персикового цвета. В X веке императорская монополия ослабла: Лев VI разрешил продажу небольших купонов пурпурной ткани. В «Книге эпарха» 912 года регламентировалось

I Византия

изготовление шелковых тканей частным образом; но дорогая парадная одежда из такой ткани оставалась под запретом для розничной продажи по крайней мере до XII века.

РЕМЕСЛЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО И РОЗНИЧНАЯ ТОРГОВЛЯ В КОНСТАНТИНОПОЛЕ

В 912 году Лев VI подписал эдикт, очень важный для понимания особенностей частного производства и торговли в Константинополе, — «Книгу эпар- ха». Еще в 359 году в городе появился эпарх (букв. начальник. — Примеч. ред.), или префект, который отвечал за порядок и правосудие в столице, а также занимался надзором за работой мастеров. В период римской эпохи возникли профессиональные гильдии, а в начале X века были записаны правила деятельности некоторых из этих гильдий.

Каждая из 22 глав «Книги» составлена однотипно, с небольшими различиями в порядке изложения материала и в использовании словарного запаса. Возможно, эпарх выпустил своего рода анкету, которую его подчиненные заполняли, опрашивая представителей различных профессий, а затем все свели в единый документ — не полностью унифицированный, но дающий классификацию материала. Затем в этой редакции книга была передана в императорскую канцелярию, где к ней добавили типовую преамбулу, подобную преамбулам других законов; после этого текст был готов для обнародования.

В главах 1—3 рассматривались профессии, связанные в нашем понимании с коммунальным обслу-

живанием: нотариусы, золотых и серебряных дел мастера, банкиры, менялы. В главах 4—8 раскрывались профессии, относившиеся к производству шелка, и, как мы уже видели, политически значимые. Глава 9 посвящалась работникам, занятым в производстве и продаже полотна и белья. В главах 10—19 регламентировались профессии в сфере снабжения населения предметами первой необходимости и в том числе пищевыми продуктами — булочники или торговцы рыбой, производители свеч, кожевенники или мыловары.

Конец книги выглядит будто позднейшая вставка. Глава 20 касается легатариев — помощников эпарха. Глава 21 посвящена барышникам, а 22-я — различным предпринимателям, занимавшимся зданиями. Эта «Книга» известна по очень небольшому числу позднейших списков, так что трудно сказать, включала ли она другие профессии. Во всяком случае речь идет о сложном и обновляемом кодексе, хранящем следы позднейших вставок, поскольку в нем упоминается о наказании тех, кто отказывался принимать платежи номис- мой 1ё1аПёгоп — монетой, выпущенной при Никифоре Фоке (963—969 гг.). Однако в сборнике нет сведений о многочисленных профессиях, очень важных, даже жизненно важных для Константинополя, начиная с кузнецов, которые дали свое имя одному из самых знаменитых кварталов города, расположенному вблизи собора Святой Софии — Халкопратия, известному знаменитой церковью Божиёй Матери, построенной даже раньше, чем главный собор, и владеющей уникальными иконами и реликвиями.

Профессиональные сообщества имели, таким образом, свою четкую организацию. Во главе каждого цеха стоял его глава, который выдвигался ма-

I Византия

стерами цеха, но утверждался эпархом. Цех руководил общественной жизнью, не ограничивавшейся назначением главы; в нее включалось проведение праздников, особенно религиозных. Кроме того, новый мастер, вступавший в цех и плативший вступительный взнос, получал для этого деньги из кассы цеха. Такая организация позволяла эпарху легко контролировать то, за чем необходимо было следить, а именно уровень профессиональной квалификации и честность новых членов цеха, за которых цех, по-видимому, нес коллективную ответственность. Для ряда профессий существовала система обучения, особенно тщательно детализированная у нотариусов. У них была отдельная школа общей подготовки и отдельная — для обучения праву и составлению актов. Будущий нотариус сдавал экзамен, прохождение которого свидетельствовало о том, что он знал наизусть учебник права, подписанный Василием I между 870 и 879 годами, и что он способен правильно составить акт. Обучение по другим профессиям проходило в лавочке или в мастерской, так что мастер располагал рабочей силой из учеников.

В большинстве производительных сфер одна и та же «экономическая единица» занималась одновременно изготовлением и продажей, для чего имелись и лавочка, и мастерская. Эргастерий с узким портиком, иногда с витриной, выходил на улицу. Если портиками была обустроена вся улица, лавочка располагалась в глубине, а мастерская — позади него. Там, где занимались исключительно торговлей, устраивали склад в задней части здания. Название эргастерия определялось профессией работавшего в нем мастера. Нам неизвестно, кто давал разрешение на выполнение того или иного

В лавке

вида деятельности на конкретном месте и было ли такое разрешение необходимо.

Большая часть этих эргастериев были небольшими семейными предприятиями, в которых работали мастер и его семья. Он заставлял трудиться свою жену, сыновей и зятьев на принадлежащем ему оборудовании; мастерская передавалась из поколения в поколение. Иногда в нем имелись наемные работники и ученики, но это была вспомогательная рабочая сила. Один и тот же мастер мог владеть несколькими мастерскими, профильными для его профессии, но дополнительными должны были руководить его рабы в соответствии с правилами гражданской ответственности: если владелец лично отвечал за дело, то раб возлагал ответственность на своего хозяина.