Шрифт:
– Да-а, Тьерри, – озадаченно протянул Эйнар. – Но ведь если ты утонул, стало быть, тебя больше нет и быть не может!
– Что ты хочешь этим сказать?
– Да то, что ты больше не Тьерри, а совершенно другой человек! Значит, тебе теперь и имя надо сменить на всякий случай!
– Но я не хочу менять имя – меня назвала им покойная мать! – заупрямился поначалу Тьерри. Однако, чуть поразмыслив, вынужден был согласиться: – Впрочем, ты прав, конечно же. В конце концов, мое полное имя – Теодорих, а в Суассоне меня никто так не называл. Что ж, стану отныне Теодорихом.
– Серьезное имя! Есть в нем какая-то скрытая сила, – одобрительно кивнул Эйнар.
На второй день пути друзья проснулись рано утром, перекусили остатками припасов и двинулись дальше. К вечеру, донельзя уставшие, они достигли холмов. Обоим очень хотелось есть и спать. Неожиданно впереди, за очередным поворотом, мелькнули огни.
– Селение! – радостно воскликнул Теодорих. – Давай попросимся на ночлег, ведь у нас есть чем расплатиться.
Эйнар согласно кивнул, и юные путешественники устремились в сторону манящих огней. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как из-за камней, окаймлявших дорогу, им навстречу вышли двое вооруженных людей.
– Кто такие? Куда путь держите? – поинтересовался один из них.
– Мы мирные путники, направляемся в Ахен. Хотим попросить ночлега в ближайшем селении, – ответил Теодорих.
– Ночлега, говоришь? – усмехнулся старший стражник, внимательно оглядев юношей. – Что ж, это можно… Следуйте за нами, мы вас проводим…
Миновав извилистую каменистую дорогу, все четверо достигли селения, жилища в котором лепились к холмам подобно гнездам ласточек. Стражник подвел друзей к небольшому круглому каменному зданию и открыл дверь.
– Милости прошу, вот и ваш ночлег!
Юноши, не подозревая о поджидающем их коварстве, смело шагнули в дом, однако не успели даже оглядеться, как дверь за ними гулко захлопнулась, и снаружи донесся скрежет задвигаемого засова. Затем раздался довольный смех стражников.
– Ладно, ты пока посторожи их, – сказал, отсмеявшись, старший, – а я пойду доложу о задержанных дефенсору Давису.
Опешившие поначалу Теодорих и Эйнар, наконец, опомнились: рванули дверь на себя, но та, увы, даже не шелохнулась.
– За что вы нас заперли? – громко возмутился Эйнар.
– Значит, есть на то причина, – коротко ответил оставшийся на посту стражник.
– Но мы же не сделали ничего плохого – просто шли в Ахен! Выпустите нас! – Теодорих начал неистово молотить кулаками по двери.
Связанные пленники понуро стояли перед сидящим за столом хозяином селения.
– Итак, вы утверждаете, что направлялись в Ахен? – задал формальный вопрос дефенсор.
– Именно так, – в один голос подтвердили друзья.
– Но отчего же вы покинули Суассон? Видимо, нажили себе там неприятностей? – Дефенсор вперил в задержанных испытующий взгляд.
Юноши переглянулись, и Теодорих торопливо ответил:
– Нет-нет! Никаких неприятностей у нас не было! Просто мы решили посетить Ахен…
– А я вот полагаю, что серебряный торквес, который красуется у тебя сейчас на шее, ты как раз украл у кого-то в Суассоне, – расплылся в плотоядной улыбке хозяин селения.
Догадливый старший стражник тотчас протянул огромную ручищу к шее Теодориха.
– Не смей трогать мой торквес! – взвился юноша. – Я не крал его! Он принадлежал моей покойной матери!
– О да! И, судя по украшению, она была очень знатной женщиной! – глумливо захохотал дефенсор, и оба вчерашних стражника, присутствующих сегодня на допросе, дружно подержали его угодливым смехом.
– Снимите с него торквес! – рявкнул вдруг дефенсор, мгновенно посерьезнев.
Один из стражников отработанным движением тут же ударил Теодориха в живот и, когда тот согнулся от боли, беспрепятственно снял украшение с его шеи.
– О, отличная саксонская работа! – восхитился дефенсор, рассматривая поданный ему торквес. – Камни дорогие, без дефектов… Украшение сие явно немалых денег стоит!.. Так у кого же вы все-таки его украли?
Пленники молчали. Стражники, глядя на них, довольно ухмылялись: мешочек с серебром, отнятый у задержанных еще накануне, они уже успели поделить поровну.
– Что ж, разговор окончен. – Дефенсор поднялся из-за стола. – Определяю вас на чистку отхожего места в моем селении. Прямо с завтрашнего дня и приступите!