– Вы же детектив, сыщик. Это ваша профессия. Для вас такое дело вообще пара пустяков.

Посетитель был весь в белом – батистовая рубашка, лёгкие брюки свободного покроя, белые кожаные сандалии. Золотистые кудряшки на голове, пухленькие губки, греческий нос. На таких, наверное, бабы гроздьями вешаются. Да и не только бабы. Просто эталон чувственности. Но он не выглядел слащавым, как некоторые эпатажные звёзды. Нет, он был именно сладкий, такой сладкий, что хотелось попробовать на вкус. Я отогнал неизвестно откуда появившиеся неправильные мысли.

– Будете кофе? – спросил я.

– Спасибо, давайте вернёмся к делу. Почему вы не хотите искать мою сестру?

Я показал ему гору папок на столе.

– Вот, за половину дел я ещё не брался. У меня аврал и цейтнот.

– Ну, если не брались, значит, могут ещё полежать. Я не просто так обратился к вам.

– Поймите, у вас дело неотложное, а я не могу вот так всё бросить. У всех дела неотложные.

– Давайте подойдём с другой стороны. Поговорим о вознаграждении. Может моё предложение заинтересует всё же вас?

Да я напишу в чеке такую сумму, что у него лопнет селезёнка от количества нолей. Сначала думал взять с него по тарифу. Но теперь оторвусь по полной. Никто его за язык не тянул. Я точно не тянул. А если обманет, пришлю к нему людей, которые исполосуют симпатичную мордашку и сделают из него Квазимодо.

– Давайте так – вы тратите на поиски трое суток.

– Сколько? Вы с ума сошли!

– Трое суток. И в случае успеха я выдам вам чек на предъявителя. А вы сами впишете сумму. Любую.

– Очень смешно. А в случае неуспеха?

– Такого ещё ни разу не было. Но, если вас это беспокоит, я заплачу вам, ну, например, сто тысяч.

– Рублей?

– Не принципиально. Валюту выберите сами. Но, поверьте, вы справитесь. В прошлом году сестру искал продавец мороженного, и ему понадобилось всего пара часов. И это в Нью-Йорке. А там людей побольше, чем в вашем городе.

Третьи сутки закончатся через три часа, а у меня ничего нет. Ничегошеньки. Дырка от рогалика, или как там правильно? Это точно диверсия конкурентов. Пока я рыскаю по городу в поисках Любви, заметьте, не Любови, а именно Любви… Какие, всё таки, попадаются странные люди…

– Её зовут Любовь. Любовь Купидоновна Эротова.

– Какое благозвучное сочетание букв, – пошутил я.

– Да, такие имена – семейная традиция. Меня, например, зовут Амур.

– Судя по отчеству, не в честь реки.

– Не в честь. Но это ещё не всё. Её имя совсем не Любовь, в смысле Люба. Её имя – Любовь, в смысле – любовь, со всеми вытекающими из этого падежами и склонениями. Я доступно объяснил?

– Да, то есть нет, то есть не совсем. Короче, я не понял разницы, но суть уловил. Любой её звать не нужно, правильно?

Амур Купидонович согласно кивнул.

На вопрос, что я здесь ищу, отвечал – Любовь. Звучало романтично, на меня смотрели как на придурка, и меня это устраивало. Придуркам везёт, их не боятся и ни в чём не подозревают. Так легче работать.

Гугл посмеялся надо мной, когда я ввёл в поиск имя пропавшей. В базе данных тоже ничего не нашёл. Друзья из милиции решили, что я их разыгрываю.

Где я её только не искал – в библиотеках, в музеях, в кинотеатрах и театрах, шастал по аллеям парков, заглядывая в лица гуляющих и сидящих на скамейках девушек. Потом катался по ночным заведениям и вокзалам. Ума не приложу, где ещё её можно искать. Вот! Я ещё в зоопарке не был! Точно!

– Никакого криминала, это просто причуда. Ей всё надоедает, и она уходит, не предупредив, ни слова не сказав. А мы потом ищем её. Такое случается раз в год. Осенью. Осень вообще пора обострений. Не подумайте ничего, она не больная. Осенью обострения случаются у всех – увядание природы, дожди, переходный период, вызывающий у людей кризис.

– И надолго уходит?

– Мы даём ей недельку, пусть отдохнёт, а потом начинаем искать. Она так увлекается, что может забыть обо всём на свете.

– Мужчины?

– Нет, что вы? От этого она как раз и отдыхает.

– Она что… как бы это поделикатнее?

– Нет, конечно. Долго объяснять… Она в это время предпочитает тишину и покой. И одиночество.

– Хорошо. У вас есть её фото?

Златокудрый Амур ехидно так ухмыльнулся.

– Есть, но оно вряд ли вам поможет. Скорее, наоборот.

– Это как?

– Вот так.

– А как же я её буду искать без фото?

– Ну, если вы настаиваете, – он положил передо мной фотографию. Откуда он её достал, я так и не понял.