– Еще раз спасибо вам, сэр, – наконец произнесла она. – Доброй ночи! – Она повесила трубку и в полном изнеможении воскликнула: – Уф!…

Лиза слушала разговор.

– Ну, ты нашла его?

– Да. Родился в Форт-Дивенсе ровно двадцать два года тому назад. Он тот самый Генри Кинг, которого мы ищем, я в этом уверена.

– Здорово!

– Но у него вроде бы есть алиби. Говорит, что весь тот день проработал в баре в Кембридже. – Она заглянула в блокнот. – Бар называется «Голубая нота».

– А мы можем это проверить? – спросила Лиза. Она уже позабыла о своих страхах, ею двигал азарт охотника.

Джинни кивнула.

– Сейчас поздно, но, я думаю, в воскресную ночь бар еще должен быть открыт. На твоих дисках есть телефоны баров?

– Нет, здесь только домашние телефоны. Для заведений существует другой справочник.

Джинни позвонила в справочную службу, получила номер, набрала его. На том конце провода почти сразу же сняли трубку.

– Я детектив Сьюзан Фабер из бостонской полиции. Нельзя ли поговорить с управляющим?

– Я управляющий, в чем дело? – Мужчина говорил с испанским акцентом, голос его звучал встревоженно.

– У вас есть сотрудник по имени Генри Кинг?

– Хэнк? Да, есть. Что он там опять натворил?

Похоже, у этого Генри Кинга и прежде возникали проблемы с законом.

– Может, и ничего. Скажите, когда вы видели его последний раз?

– Сегодня. Вернее, уже вчера. В субботу он работал в дневную смену.

– А до этого?

– Так, дайте подумать… В прошлое воскресенье. Он работал с четырех до полуночи.

– Вы готовы поклясться в этом перед судом присяжных, если возникнет такая необходимость?

– Конечно, почему нет? Кого бы там ни прихлопнули, но Хэнк в ту ночь этого не делал, точно вам говорю.

– Спасибо за помощь, сэр.

– Нет проблем! – В голосе управляющего явно слышалось облегчение. Будь она настоящим полицейским, подумала Джинни, приняла бы это за косвенное доказательство чувства вины. – Звоните, всегда рад помочь, – сказал он и повесил трубку.

– Алиби подтверждается, – разочарованно протянула Джинни.

– Не расстраивайся, – сказала Лиза. – Мы сделали правильно, что удалили его из списка подозреваемых в самом начале. Ведь это имя очень распространенное. Давай теперь попробуем Перов Эриксонов. Их должно быть не так уж много.

Судя по данным Пентагона, Пер Эриксон родился в Форт-Рукере. Но теперь, двадцать два года спустя, человека под таким именем в Алабаме не значилось. Лиза попробовала набрать по-другому: П. Эрикссон – на тот случай, если фамилия пишется с двумя «с», потом попробовала еще несколько вариантов написания, в том числе «Эриксен» и «Эриксан», но компьютер ничего не выдал в ответ.

– Попробуй Филадельфию, – сказала Джинни. – Ведь он напал на меня именно там.

В Филадельфии Эриксонов оказалось трое. Первый оказался Педером, а не Пером, голос второго был совсем старческий. А третьей была женщина по имени Петра. Тогда Джинни с Лизой переключились на поиски всех П. Эриксонов, которых в США оказалось тридцать три человека.

Второй П. Эриксон, которому звонила Лиза, был человеком вспыльчивым и ничуть не стеснялся в выражениях. Вешая трубку, Лиза была бледна, как полотно, но выпив чашку кофе, немного успокоилась.

Каждый звонок был настоящим испытанием. Джинни из последних сил изображала полицейского детектива и всякий раз, ожидая, когда снимут трубку, боялась услышать грубый мужской голос, который скажет нечто вроде: «Может, поиграем с тобой, малышка? А не захочешь, вышибу тебе мозги!» Ох, как непросто было, притворяясь детективом, выслушивать грубости и насмешки людей, подходивших к телефону. Ни один звонок пока что ничего не дал.

Джинни положила трубку после шестой уже по счету бесплодной попытки, и в этот момент услышала, как Лиза говорит:

– О, простите ради Бога! Наша информация, должно быть, устарела. Пожалуйста, извините за неурочный звонок и за то, что невольно расстроила вас, миссис Эриксон. До свидания. – Лиза повесила трубку. Смотрела она виновато. – Это был один из наших клонов, – мрачно сказала она, – но прошлой зимой он умер. Я говорила с его матерью. Бедняжка расплакалась, когда я спросила о нем.

Интересно, подумала Джинни, что за человек был этот Пер Эриксон? Психопатом вроде Денниса или же славным парнем, как Стив?