Для начала я чуть не заблудился, но дело завершилось сокрушительной победой человеческого интеллекта: я все-таки нашел блеклую вывеску и тяжелую дверь «Джуффиновой дюжины». Скорее по запаху, чем по внешним приметам.

— Теперь я вижу, что вам действительно здесь понравилось, — буркнул Мохи Фаа, встречая меня на пороге.

Он взирал на меня столь укоризненно, будто за время отсутствия я успел здорово провиниться перед человечеством. Я виновато потупился и поспешил занять место за столом: пока не вытолкали взашей.

На этот раз мне каким-то чудом удалось отвертеться от дальнейшего изучения туланской кухни и заказать себе расхваленные сэром Кофой большие кушши по-кумански.

— И камру перед едой? — насмешливо спросил Мохи.

— Ага. И после тоже!

Оставшись в одиночестве, я огляделся. В трактире было почти пусто. Наверное, завсегдатаи обычно подтягиваются ближе к полуночи. Зато за дальним столиком сидел вчерашний «новичок», чью личность не смог идентифицировать даже сэр Кофа Йох. Я узнал его по темно-красному лоохи и очкам в тонкой оправе, таким же, как у сердитого господина Мохи Фаа. Я проникся невольной симпатией к этому незнакомцу: видимо он тоже с первого взгляда полюбил «Джуффинову дюжину»…

Мне принесли камру, я с удовольствием закурил и приготовился к долгому ожиданию еды, в котором, без сомнения, есть что-то сладострастное. Сидел, скучал. Мне нравится эта разновидность скуки, знакомая только посетителям ресторанов, где работают хорошие, но медлительные повара. У меня даже не возникло никаких сожалений о том, что я не взял с собой газету.

— Хороший вечер, сэр Макс. И вы сюда, оказывается, заходите?

Высокий красивый бородач в тонком черном лоохи приветливо улыбнулся мне с порога и направился к моему столику.

— Сэр Рогро, — удивился я. — Вот где вас можно встретить! А вы, между прочим, легки на помине.

— Неужели вы меня вспоминали? — удивился владелец и главный редактор «Королевского голоса», он же тайный держатель контрольного пакета акций «Суеты Ехо».

Еще бы он не удивился: мы были почти незнакомы. Виделись всего несколько раз, да и то мельком. Правда, я имел удовольствие выслушать от леди Меламори занимательную историю его бурной юности, в результате чего проникся искренней симпатией к этому буйному интеллектуалу.

— Честно говоря, не совсем вспоминал, и не совсем вас, — бестактно признался я. — Просто подумал, что можно было бы взять с собой газету…

— Что почти одно и то же, вы совершенно правы! — согласился наш единственный медиа-магнат.

— Садитесь за мой столик, — предложил я. — Если, конечно, у вас нет других планов.

— Представьте себе, нет. Вообще-то я был уверен, что мне придется ужинать в одиночестве, потому что меня принесло сюда слишком рано. Дурной тон — приходить сюда сразу после заката, знаете ли. Но у меня нет выбора: если я не вернусь в редакцию хотя бы за час до полуночи, все рухнет… Вам знакомо это состояние?

— Знакомо, — улыбнулся я. — Постоянно в нем пребываю. Впрочем, на самом-то деле ничего без меня не рушится, я уж сколько раз проверял!

— Да? Ну, вы — счастливый человек, сэр Макс. А без меня — рушится. Я тоже неоднократно проверял, представьте себе!

Явился Мохи Фаа, недовольно пробубнил что-то насчет хорошего вечера, всучил сэру Рогро объемистое меню и скрылся на кухне.

— Как поживает мой протеже? — осторожно спросил я. — Я все жду, когда вы мне морду бить придете за этот подарок!

— Что?.. А, вы имеете в виду Андэ Пу! Да нет, не буду я вам ничего бить, скорее уж наоборот. Он совершенно невыносим, это правда. Его присутствие травмирует нежную психику моих подчиненных. Счастье, что он не так уж часто показывается на своем рабочем месте… Но пишет это чудовище хорошо. Просто отлично пишет, если честно, уж я-то «впиливаю»! — сэр Рогро заговорщически мне подмигнул и перешел на почти интимный шепот: — Кстати, я все хотел у вас спросить: прошлой весной Андэ ездил с вами в Магахонский лес, а потом разразился статьей, на мой взгляд, просто сенсационной, мы ее даже несколько раз перепечатывали, — в разных вариантах, конечно… Да, и там он весьма красноречиво описал собственные подвиги. Скажите, неужели это правда?

Я вспомнил, как маленький толстый Андэ храбро полез в овраг, битком набитый живыми мертвецами, и с энтузиазмом закивал.

— Святая правда! Он подал хороший пример господам из Городской полиции, этим, как он их называет, «грызам». Если бы не Андэ, — уж не знаю, сколько бы мне пришлось дожидаться помощи…

— Вот это да! — поразился сэр Рогро. — Я-то всегда был уверен, что он из тех ребят, которые способны произвести много шума, но когда дело доходит до драки…

— Нет, это не тот случай. Это удивительное создание природы не лишено героизма, — тоном эксперта заключил я. — Вряд ли он вообще умеет драться, но храбро подставить собственную физиономию под чужой кулак всегда готов… Кстати, если бы это было не так, он бы не решился записаться в мои приятели.