Я поймал себя на том, что отвечаю ему почти точной цитатой из устного творчества сэра Джуффина Халли. Совсем недавно подобные высказывания шефа заставляли меня холодеть от ужаса, а теперь я повторил его жутковатую сентенцию с равнодушной усмешкой. Не знаю уж, с чего это я стал таким «великим героем»!

— Если со мной вдруг случится какая-нибудь роковая гадость, это вовсе не значит, что ты должен немедленно лечь на землю и умереть, — мягко добавил я. — Надеюсь, эта подземная дорога без проблем доставит тебя в Нунду, а оттуда ты уж как-нибудь выберешься.

— Выберусь, — вздохнул Нумминорих.

Думаю, ему не очень-то понравился вкратце обрисованный мною сюжет, но, по счастью, парень воздержался от каких бы то ни было комментариев.

Мы наконец вышли из вагончика и огляделись. Тусклое оранжевое сияние в глубине подземного коридора подсказывало, что обитаемые места находятся где-то в той стороне. И мы пошли на свет, как два огромных, но не слишком сообразительных ночных мотылька. Впрочем, о присутствии Нумминориха я знал только теоретически: укумбийский плащ уже сделал свое дело, парень стал невидимкой. Оставалось надеяться, что у ребят из Ордена Долгого Пути нет каких-нибудь специальных домашних рецептов от этого простенького наваждения…

— Ну разумеется, сэр Макс не мог просто взять и отправиться спать, в такую-то ночь! Кстати, сегодня новолуние, ты об этом знал? — весело спросил кто-то из оранжевой мглы у меня за спиной.

Я вздрогнул, пальцы моей смертоносной руки сами сложились для щелчка, но я не дал волю дремучему инстинкту самосохранения, а просто обернулся. Позади обнаружился сэр Нанка Ёк собственной персоной.

Ну да, а чего я еще ожидал!.. Может быть, господин комендант действительно поверил нашей зевоте и моим попыткам наглядно продемонстрировать собственный идиотизм, а может быть, не так он был прост, этот вельможный господин Капук Андагума, не знаю… Как бы там ни было, но для Великого Магистра Ордена Долгого Пути не составило особого труда предугадать мои незамысловатые действия и выйти мне навстречу.

Я хотел было прищелкнуть пальцами, спустить на него свой Смертный шар — а уже потом разбираться, что к чему! — но рука наотрез отказалась повиноваться моим приказам. Я не мог даже пошевелить пальцами. Вместо того чтобы испугаться, я чуть не зарычал от злости: что меня по-настоящему бесит, так это собственная беспомощность!

— Не надо так сердиться. Каждый защищает свою жизнь как может, правда? Не нужно со мной сражаться, сэр Макс. Я тебе не враг — по крайней мере, я на это надеюсь.

Нанка Ёк подошел совсем близко. Его синие глаза на мгновение встретились с моими, потом он отвернулся. Великий Магистр Ордена Долгого Пути по-прежнему казался совсем юным, но его взгляд был мертвым, как у старой черепахи, чью спину давно уже истоптали слоны, поддерживающие земную твердь.

— Что касается твоего визита, — мягко сказал он. — Видишь ли, уже в тот день, когда мы прощались у Ворот Кагги Ламуха, я знал, в какую из ночей ты придешь ко мне в гости. Я многое знаю заранее, ничего не поделаешь…

— А господин комендант все-таки рванул к вам за подмогой, да? — хмуро спросил я.

— Не совсем так. Он пришел сюда не за подмогой, а потому, что я его позвал. Андагума не считает, будто ему нужна наша помощь. После встречи с тобой и твоим спутником он решил, что вы не опасны. Возможно, на его месте я бы тоже так подумал, не знаю… Ты действительно не кажешься опасным при первом знакомстве, сэр Макс. Ты очень хитрый.

— Да уж, нашли самого великого хитреца всех времен! Когда я учился в школе, у нас в ходу было такое замечательное выражение: «Сказал — как в лужу пернул». Простите, сэр Нанка, но именно это вы и сделали, — усмехнулся я. — Я и ребенка-то перехитрить не смогу — вот разве что господина Капука Андагуму… Ладно, Магистры с ними, с моими умственными способностями, лучше скажите, что за дела у вас с господином комендантом?

— Тебе интересно? — равнодушно спросил он. — Ладно, расскажу. Думаю, ты будешь не слишком доволен, но тут уж ничего не изменишь… Может быть, ты согласишься подняться наверх? Там удобнее разговаривать. Мне будет приятно считать тебя своим гостем. И потом, с тех пор как мне и моим ребятам удалось выбраться из могил, я недолюбливаю подземелья. Они имеют надо мной странную власть, и мне приходится прилагать усилия, чтобы снова не отправиться в бесконечное путешествие по Тропе Мертвецов.

— Можем подняться, почему бы и нет! — согласился я. — Только вот если вы действительно хотите считать меня своим гостем, сэр Нанка… Знаете, пока я не могу пошевелить пальцами, я чувствую себя не гостем, а пленником. Может быть, вы оставите в покое мою конечность? Я могу дать вам честное слово, что не буду нападать первым.

— Ну, если это так важно… — с сомнением протянул Магистр Нанка.

Он говорил таким тоном, словно нам было по десять лет и я хотел покататься на его велосипеде. С одной стороны, он понимал, что хорошему человеку грех отказывать, а с другой — ужасно не хотел выполнять мою просьбу.

— Важно, — твердо сказал я.

— А твоему слову можно верить? — осторожно спросил он. — Знаешь, сэр Макс, самым большим сюрпризом для меня стал тот факт, что теперь люди часто и очень легко говорят неправду. В наше время это было невозможно: слова обладали столь сокрушительной силой, что сказанная вслух ложь тут же пыталась стать правдой. Иногда это получалось, и такое событие считалось чудом. Но чаще солгавший просто умирал на месте, поскольку его силы не хватало, чтобы превратить лживое утверждение в правдивое.