Он впитывал все. Впитывал жизнь, энергию, магию. И чем больше он это делал, тем четче становилась видна его аура. Черная, кроваво-красная. Уже сейчас по интенсивности цвета любой школьник, даже самый последний прогульщик, мог с уверенностью сказать — маг уровня алмазного, а может даже выше. Если бы её увидел сейчас Белый Совет, то он немедленно развел бы дебаты на тему тайных магов и Корада.

Скелет возвращал себе силу. И тело. То, о чём он мечтал последнее тысячелетие. Он ликовал. Наконец-то он может отойти от того проклятия, что даровал ему Чужак. И тогда, мир будет таким, каким должен был стать тысячу лет назад.

Скелет обошёл угол здания и остановился. В его туманных глазах будто что-то вспыхнуло, когда он смотрел на фигуру в балахоне, стоящую над двумя Клинками.

Скрыв как можно быстрее своё пребывание, он смотрел и отказывался верить в то, что ему ведется.

От стоящего впереди шла странная энергия к двум Клинкам. Она шла в их сердца. Казалось, сначала поток тысяч частиц входит в них с бешенной скоростью, а потом медленно выходит. Выходит, вытягивая из их тел клинки.

Тела у его ног выгибались дугой. Одежда и плащи, а так же белый клинок в плече медленно растворились, едва стоящий вытащил два железных, обсидианового цвета клинка и не уничтожил их одним лишь мановением руки. Израненные женщина и мужчина так и остались лежать, держась за руки и не приходя в сознание.

— Твои странности всегда выходили за грань моего понимания, — сказал скелет.

Человек медленно обернулся. Их глаза встретились.

— Мои желания всегда загадка даже для меня, — сказал бархатным голосом человек, стряхивая с балахона пыль.

— Они все равно умрут через час, а если и выживут, то я сам их убью. Кто, как не ты должен это понимать, Хедари.

— Я понимаю, Маален.

— Но ты со странным упорством продолжаешь оживлять, или давать призрачный шанс, надежду тем, кто этого не заслуживает.

— Это не мне решать, заслуживают они жизнь или нет, — покачал тот головой. — Я просто проходил мимо.

— Признается, когда я увидел браслет на её руке, то подумал, что это кто угодно, но не ты. Я был уверен, что ты мертв. Всю тысячу лет, бродя по свету, я искал соратников, выживших после Конца Тьмы. Но тебя увидеть я не ожидал.

— Я и сейчас не жив. Я всего лишь тень прежнего. Призрак когда-то верного твоего соратника, — ответил Хедари.

— Даже призраком я рад тебя видеть, — скелет сделал шаг навстречу человеку. — Нет более преданного друга и соратника, чем ты.

— Я понимаю, отец, — кивнул тот.

Бывший когда-то король Некрона улыбался. Он наконец нашел того, с кем сможет свободно делится планами, строить козни против других, советоваться.

Увидев однажды мальчишку в захудалом селе, грязного, избитого, но со сталью во взгляде, он приказал его забрать и обучить. Через два он слышал, что среди юных солдат проснулся уникальный маг. Встретившись с ним снова — он не узнал. Мальчишка окреп, подрос, но стальной взгляд по-прежнему был с ним. Король отправил его к лучшим наставникам и приказал докладывать о его успехах. И они не заставили себя ждать. Мальчишка быстро схватывал информацию, легко управлялся с потоками магии. Его жестокость, коварство, сила и ум, а так же покровительство короля позволили быстро подняться по карьерной лестнице и приблизится к королю. Он неоднократно доказывал свою верность, сражался до последнего, готов был умереть за своего господина. И господин это оценил, принял его. Шли годы. На смену мальчишки появился могущественный безжалостный маг, потенциал которого был выше, чем даже у самого Маалена. Но слепая верность не давала даже намека на предательство.

После Конца Тьмы, когда все рухнуло в один момент, когда от могущественного королевства остался пепел, Маален искал своего верного слугу, но так и не нашёл. И вот теперь Хедари, такой же, каким он его видел в последний раз, стоял перед ним.

— Идём. Раз ты здесь, следует как можно быстрее восстановить мои силы и встряхнуть это королевство, — сказал скелет и развернулся в направлении дворца.

Хедари последовал за ним.

То место, где должно было находиться сердце, пронзил свет. Скелет недоуменно смотрел на торчащий их груди луч света.

— Прости, отец, но наше время кончилось, — в голосе была одна лишь печаль. — Мы должны покинуть этот мир навсегда.

— Ты…

Сказать, что душа короля разрывалась, это ничего не сказать. Единственный, кому он доверял всю жизнь, кого искал, по кому горевал — нанёс удар в спину. И не просто чем-то, а Сияющим мечом Эльтиера.

— Я сын Эльтиера, — прошептал он. — Я узнал это в двадцать три года. И возненавидел своего отца. Я стал тем, кто уничтожил его наследие. Рука на меч у меня не поднялась. Я не собирался его направлять на тебя. Никогда. Но мир изменился. Изменился в лучшую сторону. Не стоит его возвращать в хаос. Прости.

Яркая вспышка где-то на границе города озарила небосвод, а затем понеслась на город.

— Вот и всё, — прошептал Хедари перед тем, как чудовищная энергия накрыла их, испепеляя саму суть их дара.

Я плыла в невесомости. В темно-синем бездонном пространстве, заполненном тысячами огней — большими и малыми, сверкающими и тусклыми, красными, синими, желтыми, белыми… Огни сияли, игриво мигали мне, звали и что-то шептали. Многочисленный шепот сливался в странную мелодию, звучащую в окружающем пространстве.