— Тогда пойдем, — сказал Костя, взяв мои вещи и вышел в коридор. Я подумала, что он решил сам подвезти меня в общежитие и за это была ему благодарна, ведь ехать с сумкой в метро мне совсем не хотелось.

Попрощавшись с Дашкой, я вышла на улицу. На улице, несмотря на конец весны, было достаточно холодно, и я плотнее завязала свой плащ. Костя ждал меня около машины и курил. Увидев меня, он бросил свою сигарету, и посадил меня в свою дорогую машину. Уже тогда я задавалась вопросом откуда у простого парня из детского-дома могут быть деньги на такую машину. Мы ехали по проспекту, в другую часть города. Автомобиль подъехал к двухэтажному красивому зданию и в окно я увидела яркую вывеску «Соблазн».

Помещение было огромное, вокруг стояли круглые столики разного размера, а впереди располагалась большая сцена на которой сейчас разминались танцовщицы. Справа от сцены находилась широкая лестница на второй этаж с красным ковром, а под ней — вход в служебные помещения, слева от сцены находилась vip-зона, которая была огорожена от основного зала цепочкой и прозрачными шторками. Вдоль стен располагались две длинных барных стойки. Свет освещал только сцену а в самом помещении царил полумрак. Впервые я попала в ночной клуб. Мне было интересно все здесь рассматривать. Я никогда не видела такой роскоши, все здесь кричало о стоимости этого заведения. Ничего плохо, в тот момент, конечно же я не подумала, я решила, что Костя хочет уладить по дороге свои дела. Какая же я была наивная.

По лестнице я с Костей поднялись на второй этаж, и зашли в кабинет директора, так гласила вывеска на двери. Рязанов Дмитрий Петрович, так звали владельца самого дорогого ночного клуба в городе. Он сидел за большим столом и просматривал бумаги. Как только мы зашли в кабинет, он оторвался от чтения и стал рассматривать меня с ног до самых кончиков моих волос. Мне стало неприятно. Хотелось спрятаться и я неосознанно сделала шаг назад. Хотя моя одежда не открывала ничего из частей моего тела, казалось, что мужчина видел меня голой.

— Сколько, — не вставая из-за стола, обратился он к Косте.

— Пять тысяч, — ответил тот.

— Ты сошёл сума, что она умеет, ничего, — стал раздражаться Рязанов.

— Посмотри она красивая, — с вдохновением сказал Костя и перевел свой взгляд на меня. Именно в тот момент, я поняла, что речь идет обо мне, но я не совсем понимала смысл их разговора.

— Что мне одна красота, таких полным полно, — бросил мужчина.

— Хорошо, четыре, — нехотя согласился Костя. Я прямо чувствовала, как он скрипел зубами от жадности.

Дмитрий Петрович, не долго размышляя, подошел к сейфу достал три пачки денег и кинул их на стол Косте.

— Здесь только три, остальное получишь, как она выйдет на работу, — закрывая сейф проговорил Рязанов.

Костя сразу подошел к столу, улыбнулся и взял деньги. Я не совсем понимала произошедшее, что это за деньги и каким боком здесь замешана я. Ведь такого не могло быть, о чем я начинала думать.

Рязанов подошел к столу и достал из полки ключ.

— Отвези ее на набережную, и расскажи что к чему, — уже садясь за стол и возвращаясь к своим бумагам, сказал он. Весь его ко мне интерес тут же пропал, теперь он был полностью погружен в свои бумаги.

Костя схватил меня под локоть и повел на выход. Я молча шла за ним. Только на улице я начала осознавать всю картину целиком, остановившись, стала упираться. Но Костя не обратил на мои слабые попытки сопротивления и стал дальше тащить меня к машине.

— Жить будешь в съемной квартире, вдвоем с еще одной девушкой, — начал он подходя к машине.

— Я не проститутка, — схватив Костю за куртку, закричала я.

Костя отлепил мои руки от себя и спокойно проговорил.

— Можешь только танцевать, никто тебя не съест, тут и без тебя шлюх хватает, Дмитрий Петрович платит хорошо и своих девочек не обижает, а захочешь больше зарабатывать можешь и клиентов попросить. Рязанов работает только с богатыми клиентами — депутатами, банкирами, иностранными бизнесменами, среднего класса у него нет, это дорогой клуб. И клиентов никто тебе по десять человек на день присылать не будет, максимум три в месяц, если сама не попросишь больше, — Костя усмехнулся, казалась он уже видел, как я сама буду об этом просить.

Он посмотрел на меня совершенно растерянную, и еще не до конца осознавшую куда я попала, добавил.

— Если Дмитрий Петрович мне на тебя пожалуется, — взгляд стал не просто жестоким, а жутким, — ты же знаешь, что я могу быть и плохим мальчиком.

— Я не хочу танцевать и не умею, — уже умоляюще сказала я. Наверное лучше поменять тактику.

— Лина, ну что ты как маленькая, у Дмитрия Петровича отличный хореограф, тебя всему научат, ты же танцевала на новогодних представления, тут нет ничего сложного. Поверь мне, посетители клуба больше смотрят на саму девушку и ее тело, чем на то, как она танцует.