— Я не могу пригласить тебя сегодня вечером. Одна чокнутая дура разбила мое сердце час назад и мне нужно немного больше времени, чтобы восстановиться после этих отношений. Как насчет завтрашнего вечера?

— Завтра воскресенье.

— У тебя какая — то проблема с воскресеньями?

Она смеется.

— Думаю, что нет. Только кажется странным идти на первое свидание в воскресенье вечером. Тогда, встретимся здесь ровно в семь.

— Я встречу тебя возле входной двери. И если можешь, то не говори Скай, куда идешь, если, конечно, не хочешь, чтобы я получил по заднице.

— Что сказать? — саркастично спросила она. — Что мы случайно оказались на свидании в воскресенье вечером?

Я улыбнулся и медленно пошел к своей машине.

— Было приятно с тобой познакомиться, Шесть.

Она помахала рукой.

— Мне тоже.

Улыбаясь, я направился к своей машине. Я собирался открыть дверь машины, когда она позвала меня. Я обернулся и увидел, что она выглянула из окна.

— Сочувствую твоему разбитому сердцу, — прошептала она достаточно громко, затем закрыла окно и вернулась в комнату.

Какому разбитому сердцу? Я более чем уверен, что это первый раз, когда мое сердце действительно чувствует облегчение с того самого момента, как я начал встречаться с Вэл.

— Я хорошо выгляжу? — спросил я Чанк, когда зашел на кухню. Обернувшись, она оглядела меня сверху донизу и пожала плечами.

— Допустим. Куда идешь?

Я подошел к зеркалу, которое висело в коридоре, и снова посмотрел на свою прическу.

— На свидание.

Чанк застонала, в то время как я подошел к столу и встал напротив нее.

— Раньше тебя не волновало, как ты выглядишь. Надеюсь, ты не собираешься сделать ей предложение руки и сердца. Я быстрее разведу вас, чем позволю сделать ее моей сестрой.

Мама подошла ко мне и похлопала меня по плечу.

— Дорогой, ты выглядишь замечательно. Но все же, не одевай эти ботинки.

Я посмотрел на свои ботинки.

— Почему? Что не так с моей обувью?

Открыв шкафчик, она достала сковородку и потом повернулась ко мне. Ее глаза снова посмотрели на мои ботинки

— Они слишком блестят, — она повернулась и направилась к плите. — Ботинки никогда не должны выглядеть как неон.

— Они желтые, а не неоновые.

— Желтый неон, — сказала Чанк.

— Я не говорила, что они некрасивые. Но зная Вэл… скорее всего, она возненавидит твои ботинки.

Я подошел к столику и схватил ключи, потом положил телефон в карман.

— Мне наплевать, что подумает Вэл.

Моя мама обернулась и посмотрела на меня с любопытством.

— Хорошо, ты спросил у своей тринадцатилетней сестры, достаточно ли хорошо ты выглядишь для своего свидания, поэтому я предполагаю, что тебе важно мнение Вэл

— Я иду гулять не с Вэл. Мы расстались. Сегодня вечером я встречаюсь с другой девушкой

Руки Чанк взметнулись в воздухе, и она подняла взгляд к потолку

— Господи, благодарю тебя! — провозгласила она.

Мама засмеялась и кивнула.

— Да, слава Богу! — сказала она с облегчением и вернулась к плите. Я не могу оторвать от них взгляд.

— Что? Никому из вас не нравилась Вэл? — я знаю, что Вэл та еще сучка, но мне казалась, что моей семье она нравилась. Даже маме. Честно говоря, я думал, что они расстроятся из — за того, что мы расстались с Вэл.

— Я ее ненавидела, сказала Чанк.

— Боже, я тоже, простонала мама.

— Со мной нас трое, сказал папа, подходя ко мне.

Никто даже не посмотрел на меня. Их ответ прозвучал так, будто они обсуждали это ранее.

— Хотите сказать, что вы все ненавидите Вэл?

Папа посмотрел на меня.

— Дэнни, твоя мама и я учителя психологии. Не удивляйся

Чанк указала рукой на папу: — Я тоже, папочка. Я тоже психолог.

Папа подошел к Чанк и дал ей «пять».

— Молодец, Чанк.

Прислонившись к двери, я посмотрел на них.

— Вы притворялись, что Вэл вам нравится. Какого черта?

Папа сел за стол ивзял газету.

— Детям свойственно делать выбор, который не нравится родителям. Если бы мы сказали, как на самом деле относимся к Вэл, вероятно, в конце концов, ты бы женился на ней лишь для того, чтобы нас позлить. Поэтому мы изображали, что она нам нравится.

Идиоты. Все они.

— Я больше никогда не познакомлю вас со своей девушкой.

Папа засмеялся, но не похоже, что он разочарован