Отсутствие спутника и неумение себя вести неожиданно оказались взаимосвязаны.

Это выяснилось, когда даг-ин Рэдманд твёрдо сказал: «Надо!» И я на первый приём явилась влекомая его властной рукой. Стоять рядом с ним — это такое спокойствие!

После второго приёма я узнала у него же, что имею право являться с секретарём, как с компаньонкой. Тем более что родословная Брилл восходила к разорившемуся, но довольно известному клану уивернов… Уже легче, но Брилл была слишком скованна, изображая ревностную служащую. А я поддалась её настроению — и, в конце концов, мы оказались в окружении светски холодного молчания. Нас непроизвольно бойкотировали, хотя, будучи с даг-ин Рэдмандом, такого отношения к себе я не замечала.

Монти подошёл к нам на следующем приёме после провального. Пользуясь правом недавнего гостя, он повёл с нами обеими интереснейшую беседу обо всём на свете. Далее — Брилл сбежала. Очень по-английски. Едва Монти позволил себе подключить меня к разговору небольшой и чувствительно сплочённой компании. Произошло это так: всё ещё болтая о присутствующих, Монти взял меня под локоток и взглянул на Брилл, слегка приподняв бровь; та мгновенно кивнула и испарилась. После чего мне только и оставалось примкнуть к тёплой компании сверстников и друзей Монти: приятно улыбаться в ответ на комплименты и время от времени говорить «да» или «нет» в зависимости от темы беседы.

Монти вёл себя безукоризненно: не забывал о даме, предоставляя мне возможность вставить своё словечко. Словом, как спутник, был на высоте.

С тех пор Монти Альпин стал моим постоянным сопровождающим.

Мы неплохо смотрелись вместе. Я темноволосая и невысокая — ему до плеча. Он — тщательно расчёсанные белые волосы — до лопаток, явно стараниями парикмахеров уложенные так, чтобы не спускаться вперёд; тонкое лицо с лёгкой (в отличие от моей) улыбкой на идеальных губах; нос аристократически длинноватый; голубые глаза всегда полуприкрыты, отчего он выглядит уставшим светским гулякой.

Даг-ин Рэдманд одобрил наш деловой союз. Я начала более уверенно принимать приглашения Монти на все мероприятия света. И однажды адвокат признался, что очень боялся за меня: на первых приёмах выглядела простушкой. Теперь же произвожу впечатление настоящей даг — представительницы «Драконьего гнезда».

Но продолжал обращаться ко мне «дама».

Я погладила рукоять кинжала. А если выйду замуж, буду ли «даг»? Впрочем, всё равно, сменятся ли по отношению ко мне условности уивернского этикета.

— Вы сегодня рано, даг-ин Монти! — поприветствовала я своего гостя.

— Не хотел созваниваться, — поднялся навстречу мне из кресла, улыбаясь, уиверн. — Надо бы договориться с визитами на эту неделю. Я знаю, у вас жёсткое расписание, а у меня намечен отпуск. Так что теперь не будем ловить друг друга уже на приёме, а можем спокойно согласовать наши встречи в спокойной же обстановке.

— К сожалению… — начала я.

Но Монти перебил меня — правда, очень изящным жестом: он легко взял меня за руку и поцеловал мне кисть.

— Лианна, — впервые обратился он ко мне без приставки «дама», — мы знаем друг друга достаточно долго и близко, чтобы перейти на «ты» и обращение по именам. Если ты не возражаешь, то почему бы это не сделать сейчас?

Наверное, с минуту я смотрела в его спокойные голубые глаза, прежде чем вспомнила: он продолжает держать мою руку.

— Ну что ж, — пожала я плечами и мягко подвигала кистью, вынимая из его расслабленной ладони. — Пожалуй, не возражаю. Присядем… Монти?

Он улыбнулся и сел в своё кресло.

— К сожалению, мои визиты придётся прекратить. Уезжаю — и, наверное, надолго.

— Если не секрет — куда? — заинтересовался Монти.

Некоторое время я молчала, прикидывая: в сущности, он мой родич по «Драконьему гнезду». Разве что очень дальний. Почему он вдруг начал проявлять такой интерес ко мне? Если напрямую: наверняка хочет в будущем стать моим мужем — и владетелем «Гнезда». Похвальное намерение. Очень даже. Даже с моей точки зрения. Ведь такое покушение на наследство старой дамы очень даже цивилизованно. И я при деле, и никаких скандалов… Интересно, как он заговорит, если узнает?.. Стукнуть его новостью — и посмотреть, как среагирует?

— Во всём виновато завещание даг Куианны, — медленно, словно задумчиво заговорила я. — Точнее, его последний пункт: я должна найти её внука и выйти за него замуж, чтобы полностью вступить в права наследства и стать истинной уиверн.

Мне казалось, он разочарованно вздохнёт — такой облом!

— То есть ты собираешься лететь на поиски даг-ин Дрейвена? — тоже задумчиво заключил Монти. — Буду ли я в тягость, если составлю компанию в этом деле? Я говорю на многих межгалактических языках и надеюсь быть полезным тебе в этом деле.