Я быстро поднялась по лестнице и остановилась у двери на седьмом этаже, чтобы посмотреть в маленькое окошечко. В коридоре было темно, несмотря на позднее утро. Все вроде бы было в порядке.

В ушах стучало, я отодвинула защелку и потянула дверь на себя. Она бесшумно открылась. Я протиснулась в коридор. Посмотрела налево, затем направо. Все по-прежнему казалось нормальным.

Я подкралась к квартире 722.

Дверь была приоткрыта.

Я потянулась к своему пистолету и заглянула в квартиру, на всякий случай пригнувшись, чтобы в меня сложнее было попасть.

Внутри было тихо.

Ни движения.

Ни света.

Ничего.

Я толкнула ботинком дверь, и она со скрипом открылась.

На кафельном полу поблескивало разбитое стекло. Дверь шкафа была сорвана с петель и разбитой лежала возле кладовки. Одна из чугунных конфорок валялась прямо в комнате.

Я замерла в дверях, зная, что если начну обыскивать квартиру и обнаружу, что та пуста, то в полной мере осознаю, что парней тут больше нет, моя сестра меня предала и я доверилась не тому человеку.

Как будто, если я проторчу на одном месте дольше, этого не случится.

Пожалуйста, пусть это окажется неправдой.

— Ник? — позвала я, и мой голос отозвался эхом, словно говоря: "С кем ты разговариваешь? Здесь никого нет". — Сэм? Кас?

Тишина.

В квартиру вошел папа.

— О нет, — прошептал он.

Я обошла островную кухню [2] , направилась в коридор, проверила комнаты и чулан. Ничего. Никого. Их здесь не было.

Я вернулась на кухню и обнаружила, что папа уставился на холодильник — на записку, прикрепленную к дверце.

— Это для тебя, — протянул мне папа ее.

Я тут же узнала почерк.

— Это от Райли, — сказала я и начала читать. — Спасибо за сотрудничество в этой зачистке. Мы бы не справились без тебя. Сэм, Кас и Ник ожесточенно сражались, пока мы не сказали им, что ты уже в штаб-квартире Подразделения. Затем они добровольно сдались. Это намного облегчило мне работу.

P.S.: Слово, которые ты ищешь — " стертый".

Я нахмурилась:

— Что это значит?

Папа прошел мимо меня и схватил валявшуюся на полу чугунную конфорку. Ничего не говоря, он развернулся и уставился прямо на меня.

— Пап?

Его глаза были пусты, он не моргал. Рот был сжат. Его лицо абсолютно ничего не выражало, когда он замахнулся конфоркой мне в голову.

Я пригнулась, выпрямилась, увернулась от повторной атаки.

— Пап!

Он откинул руку назад, снова замахиваясь. Я попятилась, не спуская глаз с папы, чтобы не пропустить следующий удар, и, споткнувшись об оторванную дверцу шкафа, рухнула на пол.

Я увидела, как в меня летит конфорка, и внезапно поняла, в чем ошиблась.

Подразделение не запрограммировало парней на кодовое слово. Оно запрограммировало моего папу.

Я чувствовала под собой убаюкивающее движение шин, но не в силах была открыть глаза.

В голове звенели голоса, утягивая меня обратно в сон или старое воспоминание — я не могла понять, куда именно.

Я кружилась, и вместе со мной — темно-рыжие волосы. Мои собственные волосы, светлые, как сухая пшеница, спутались у лица.

— Лети, птичка! — выкрикнула Дэни и отпустила меня. Я пролетела по воздуху и с брызгами плюхнулась в озеро. Ушла под воду и тут же забила ногами, чтобы вынырнуть на поверхность и глотнуть воздуха.

— Здорово? — спросила, смеясь, Дэни.

— Потрясающе! — крикнула я в ответ, и она засмеялась еще громче.

У нее за спиной появился Сэм. Он обнял ее за талию, и я перестала улыбаться, потому что она больше не смотрела на меня. Она смотрела на него.

Пузырьки воздуха поднялись на поверхность воды в двух футах от меня, и через секунду из нее выскочил Ник. Он мотнул головой, как лохматый пес, и мне в лицо полетели капли воды.

Кас разбежался и, спрыгнув с каменного выступа с поджатыми к груди ногами, окатил меня водой.