Рэндольф просунул в дверь голову.

– Чего нужно?
– рявкнула Брок.

– Прошу прощения, мэм. Я подумал, вы хотели бы знать, что из Иллинойса с донесением прибыл курьер. Он здесь, чтобы забрать ее на суд.

Только через несколько ударов сердца я поняла, что он говорил обо мне.

Мы с Брок, должно быть, одновременно подумали одно и то же. Больше не было судов за нарушение Статей. Прошел месяц с тех пор, как солдат приходил забрать свидетеля, говорила Ребекка. Может быть, Шон тогда ослышался?

Моя кровь превратилась в лед. Чтобы жизнь предложила подобную иллюзию - это слишком жестоко. Но если это правда, меня могут пригласить только на один суд. Над моей матерью. Я попыталась разобраться в своих смешанных чувствах - радости, что смогу увидеть ее, страхе из-за того, что она, судя по всему, была все еще в заключении, и чистом облегчении, что кто-то прервал то, что должно было произойти сейчас.

– Я думала, с ними покончено, - раздраженно произнесла Брок.

– В особых случаях все еще устраивают суды, мэм, - послышался снаружи знакомый низкий голос. Мой рот открылся. Сердце бешено заколотилось в груди.

Мгновение спустя в комнату вошел Чейз Дженнингс.

С того времени, как я видела его последний раз, он, казалось, стал еще выше и крупнее. Может быть, все дело было в низких потолках барака или в присутствующих здесь со мной. Рэндольф был лишь чуть-чуть выше моих пяти футов четырех дюймов*, а рост Брок был чем-то средним между нашими. Чейз со своими шестью и тремя** буквально возвышался над нами.

Его лицо было пустым, по глазам тоже ничего нельзя было понять. Опомнившись от шока по поводу его присутствия, я поймала себя на том, что больше всего на свете надеялась на истинность его слов. Он пришел, чтобы забрать меня в суд, чтобы вывести меня за эти ворота и доставить к маме.

Чейз достал из нагрудного кармана сложенный листок бумаги и протянул его Брок. Она схватила его и читала, казалось, несколько минут.

– Когда вы должны отправиться?
– с кислой миной спросила она. Мои глаза метнулись к стоящим передо мной охранникам, а руки покрепче обняли грудную клетку. Мне нужно было покинуть это место сейчас же. Мне нужно было избежать того, что они собирались со мной сделать.

– Немедленно. Суд завтра утром в Чикаго, - сказал Чейз.

Опасаясь, что мое лицо выдаст меня, я отвернулась. Конечно, из всех существующих солдат нужно было отправить именно Чейза Дженнингса. Первопричину, по которой я была здесь. И если я сейчас на него посмотрю, кто-нибудь обязательно заметит написанные у меня на лице горечь предательства и рвущиеся наружу вопросы. И, что еще хуже, мое нетерпение оказаться с ним в машине. Уехать отсюда.

Брок раздраженно вздохнула:

– Согласно статье Пятой, самого существования мисс Миллер достаточно, чтобы приговорить ее биологическую мать. Зачем нужен суд? Крайне необычно при данном обвинении.

Я заставила себя дышать. Зачем я понадобилась МН? Неужели мое присутствие необходимо, чтобы вынести моей матери приговор? Я не имела ни малейшего понятия, что представлял собой суд или приговор, но я чувствовала: мне надо попасть туда как можно скорее.

– Все, что у меня есть, - это повестка и приказ привезти ее, - ровным голосом ответил Чейз.

Целую минуту никто не двигался и ничего не говорил. Единственным звуком для меня стал мой собственный пульс, который тяжело отдавался в ушах.

– Превосходно, - неохотно произнесла Брок.
– Но я позволю мисс Миллер отлучиться отсюда только на одну ночь из-за ее неспособности помнить, где ее место.

В первый раз глаза Чейза метнулись ко мне. Я все еще не смотрела на него, но почувствовала его беспристрастный взгляд. Я выпрямилась, стараясь не показывать свой страх. С этой минуты мне нужно было сохранять ясность рассудка.

– Поэтому она здесь?
– ровным голосом спросил Чейз.
– Из-за "неспособности помнить, где ее место"? Я уверен, Совет заинтересуется этим.

Призрак довольной ухмылки пронесся по лицу Рэндольфа.

– Скорее из-за неспособности помнить, что юбку лучше не задирать, - пробормотал он.

Мои челюсти судорожно сжались. Я помнила, как он лапал меня, готовый разделить предполагаемую забаву Шона, и это как раз перед тем, как решил застрелить меня. Снова мои внутренности заполнились горячей волной стыда, будто бы я была грязной, запятнанной. Я его ненавидела.

– Без пошлостей, - огрызнулась Брок.
– С тобой здесь по крайней мере одна леди.

Она вырвала у Рэндольфа ручку и нацарапала свою подпись внизу повестки.

– Сержант, как я понимаю, вы первый раз исполняете подобного рода поручение, ведь я не видела вас раньше, поэтому нам стоит расставить все точки над "i", - сказала Брок Чейзу.
– Эти девочки - федеральная собственность и находятся в моем ведении, даже когда временно покидают кампус. Таким образом, вы должны будете подчиняться моим рекомендациям по поводу обращения с ней, вам это понятно?