Но мама плохо это приняла. Потому что она погрязла во всей этой ответственности, связанной с тем, чтобы быть за обоих родителей. И, к сожалению, Кейтлин обиделась. Я старалась делать так много, как только могу, но это никогда не заменит того, что она потеряла. И Кейтлин никогда не теряла возможности напомнить мне о том, что у меня не было реальной власти над ней, особенно когда я пыталась настаивать на исполнении правил.

Кейтлин было восемь, а казалось, что восемнадцать. Она носила одежду не для своего возраста и боролась с мамой, чтобы та позволила ей делать макияж. Я не была связана с ней ни на каком уровне. Мы были такими разными, что было просто удивительно, что мы носители одного генофонда.

Я не припомню, чтобы была так одержима одеждой и мальчиками, когда мне было восемь. Сейчас я была довольно женственна, могу это признать. Мне нравилось быть милой и хорошенькой, и я любила магазины. Но этого не было, пока мне не исполнилось двенадцать. Мне казалось, что Кейтлин встала на этот путь еще в утробе матери. Она пришла в этот мир, требуя узкие джинсы и обтягивающие рубашки. Это было просто смешно.

Я пошла на кухню и положила две пиццы в духовку. Если приедет Дэниел, я, определенно, должна подготовиться. Этот парень может съесть и меня, и целый дом. Я направилась в гостиную, пока ждала, пока пицца приготовиться.

— Дэниел приедет, чтобы позаниматься. После ужина ты должна быть готова пойти в кровать и сделать домашнюю работу, — сказала я сестре. Она оживилась при упоминании Дэниеля. Она была годами влюблена в него. Хорошо, может, благодаря этому я и видела, что мы были родственниками. Наша взаимная любовь и трепет перед Дэниелем Лоу, ясно показывали склонность к разбитому сердцу и неуместной преданности в нашей крови.

— Хорошо. Я могу помочь тебе с ужином? — предложила Кейтлин, к моему удивлению. Но я поняла, что это было связанно с волнением по поводу нашей предстоящей компании. Ну, какой бы ни была причина, я не буду смотреть дареному коню в зубы.

— Конечно, положи салфетки и тарелки вместе. Мы просто поедим за кофейным столиком, — сказала я ей и сложила все журналы вместе, после чего убрала их на книжную полку. Наш дом был старым — он построен в конце тысяча восьмисотого года — и я ощущала это. Был постоянный сквозняк и не важно, как сильно ты пытаешься убираться, всегда ощущается пыль. Единственная ванна, которая у нас была, пахла затхлостью и плесенью. Я бы хотела, чтобы мы смогли переехать, но рента здесь была дешевой.

Некоторое время спустя, послышался стук в дверь, и Кейтлин быстро побежала, чтобы открыть. Дэниел стоял там, огромная улыбка сияла на его лице, в руках он держал бело-зеленый бумажный пакет. — Привет, Кейти! Как поживает моя любимая девочка? — спросил он, когда моя сестра крепко обняла его. Она просто сияла.

Дэниел передвинулся внутрь, а Кейтлин продолжала обнимать его. Я думала, что мне нужна монтировка, чтобы оторвать ее. Он протянул мне пакет с пончиками после того, как, наконец, вырвался из хватки Кейтлин. — Для тебя, моя леди, — сказал он, и я ничего не могла сделать и улыбнулась. Он был так чертовски обаятелен.

— Спасибо тебе, сэр. У меня есть пицца, если ты голоден, — сказала я, дергая Кейтлин за руку так, чтобы она последовала за мной и перестала пытаться повиснуть на моем друге.

— Черт, да! — закричал Дэниел, бросаясь мимо меня на кухню. Я рассмеялась. К тому времени, как я догнала его, он уже зарылся лицом в пиццу. Кейтлин хихикнула и взяла кусочек себе.

— Мама не кормит тебя? — пошутила я, зацепив кучу тягучего сыра и теста. Соус капал с кусочка на стойку, пока я подносила его ко рту. Дэниел издавал чавкающий звук, пока жевал. Он направился к шкафу и достал стакан, наполняя его водой. Ему было здесь так комфортно, будто он был в собственном доме. Более того, вероятно, ему не нравилось быть дома, что было подтверждено его следующим заявлением.

— Мама и Стивен на каком-то благотворительном мероприятии. Сомневаюсь, чтобы я был на ее радаре, — сказал он с натянутой легкостью. Я сочувственно улыбнулась ему. Дэниел не очень хорошо принял развод родителей. Уверена, что тот факт, что его мать была поймана с поличным отцом, когда она занималась сексом со своим боссом, сделал с ним что-то.

Сейчас Дэниел и его мама жили с боссом, или Стивеном, в его большом доме на другой стороне города. Дэниел ненавидел Стивена. И я думала, что он, кажется, ненавидел так же и свою маму. Не то чтобы я винила его. Конечно, моя мама была небрежной, но это было потому, что она пыталась обеспечить нашу жизнь. Мама Дэниела же была небрежной, потому что она просто не парилась. Она была полностью помешана на своей жизни с ее сладким спонсором. И бедный Дэнни был вытеснен на второй план.

Его отец уехал из штата, но Дэниел все еще видел его летом. Думая о своей маме и маме Дэниеля, мне было странно вспоминать, как близки они когда-то были с мамой Мэгги. Мама Мэгги была самым удивительным родителем, которого я знала. Она была теплой, поддерживающей и любящей. Всем, чего мы с Дэниелем были лишены в наших собственных отношениях с мамами.

В старшей школе наши матери были лучшими подругами. Они были на свадьбах друг друга и планировали вечеринки по случаю рождения ребенка друг у друга. Вот как мы втроем стали так близки. Мы вместе были заброшены в эту жизнь. Родились с разницей в четыре месяца.