Нету «физиков», нету «лириков» —

Лилипуты или поэты!

Независимо от работы

Нам, как оспа, привился век.

Ошарашивающее — «Кто ты?»

Нас заносит, как велотрек.

Кто ты? Кто ты? А вдруг — не то?

Как Венеру шерстит пальто!

Кукарекать стремятся скворки,

Архитекторы — в стихотворцы!

Ну, а ты?..

Уж который месяц —

В звезды метишь, дороги месишь...

Школу кончила, косы сбросила,

Побыла продавщицей — бросила.

И опять и опять, как в салочки,

Меж столешниковых афиш,

Несмышленыш,

олешка,

самочка,

Запыхавшаяся, стоишь!..

Кто ты? Кто?!— Ты глядишь с тоскою

В книги, в окна — но где ты там?—

Припадаешь, как к телескопам,

К неподвижным мужским зрачкам...

Я брожу с тобой, Верка, Вега...

Я и сам посреди лавин,

Вроде снежного человека,

Абсолютно неуловим.

1959

Andrei Voznesensky.

Antiworlds and "The Fifth Ace".

Ed. by Patricia Blake and Max Hayward.

Bilingual edition.

Anchor Books, Doubleday & Company, Inc.

Garden City, NY 1967.

ТРИПТИХ

Я сослан в себя

я — Михайловское

горят мои сосны смыкаются

в лице моем мутном как зеркало

смеркаются лоси и пергалы

природа в реке и во мне

и где-то еще — извне

три красные солнца горят

три рощи как стекла дрожат

три женщины брезжут в одной

как матрешки — одна в другой

одна меня любит смеется

другая в ней птицей бьется

а третья — та в уголок

забилась как уголек

она меня не простит

она еще отомстит

мне светит ее лицо

как со дна колодца — кольцо

Andrei Voznesensky.

Antiworlds and "The Fifth Ace".

Ed. by Patricia Blake and Max Hayward.

Bilingual edition.

Anchor Books, Doubleday & Company, Inc.

Garden City, NY 1967.

СТРИПТИЗ

В ревю

танцовщица раздевается, дуря...

Реву?..

Или режут мне глаза прожектора?

Шарф срывает, шаль срывает, мишуру.

Как сдирают с апельсина кожуру.

А в глазах тоска такая, как у птиц.

Этот танец называется «стриптиз».

Страшен танец. В баре лысины и свист,

Как пиявки,

глазки пьяниц налились.

Этот рыжий, как обляпанный желтком,

Пневматическим исходит молотком!

Тот, как клоп —

апоплексичен и страшон.

Апокалипсисом воет саксофон!

Проклинаю твой, Вселенная, масштаб!

Марсианское сиянье на мостах,

Проклинаю,

обожая и дивясь.

Проливная пляшет женщина под джаз!..

«Вы Америка?» — спрошу, как идиот.

Она сядет, сигаретку разомнет.

«Мальчик,— скажет,— ах, какой у вас акцент!

Закажите мне мартини и абсент».

Andrei Voznesensky.

Antiworlds and "The Fifth Ace".

Ed. by Patricia Blake and Max Hayward.

Bilingual edition.

Anchor Books, Doubleday & Company, Inc.

Garden City, NY 1967.

ТУМАННАЯ УЛИЦА

Туманный пригород, как турман.

Как поплавки, милиционеры.

Туман.

Который век? Которой эры?

Все — по частям, подобно бреду.

Людей как будто развинтили...

Бреду.

Вернет — барахтаюсь в ватине.

Носы. Подфарники. Околыши.

Они, как в фодисе, двоятся

Калоши?

Как бы башкой не обменяться!

Так женщина — от губ едва,

двоясь и что-то воскрешая,

Уж не любимая — вдова,

еще твоя, уже — чужая...

О тумбы, о прохожих трусь я...

Венера? Продавец мороженого!..

Друзья?

Ох, эти яго доморощенные!