Что за клятство происходило?

Тарл, скрестив ноги, сидел прямо на земле перед просторным, но пустым свинарником на восточном краю деревушки. Перед ним стояла медная тарелка, в которую теперь был насыпан фиолетовый порошок. В левой руке, которую Тарл держал над тарелкой, была кружка свиной крови, а в правой – книжка заклинаний. Губы Тарла шевелились, словно он пробовал слова, которые должен произнести, а грудь его подрагивала от биения сердца, столь стремительного, что оно чуть ли не грозило вот-вот разорвать ему грудную клетку.

Из-за поворота вышли трое мужчин. Один из них поднял было лук, но другой, неприятно улыбаясь, его остановил и вытащил меч. Очевидно, Тарл выглядел достаточно безвредным, чтобы обеспечить им небольшое развлечение.

Пока они шагали к нему, Тарл думал, что его вот-вот стошнит от страха. Что, если он напортачит? Желание вскочить и побежать было почти непреодолимым, и все же ему невесть как удалось его побороть. Дрожащей рукой он вылил свиную кровь на фиолетовый порошок и произнес заклинание.

Рогарта эта деревушка уже порядком достала. Он и два его сотоварища обыскав практически всю ее западную сторону, но ни одного крестьянина так и не нашли, а порог скуки у Рогарта был очень низок. Мрачно взмахнув зазубренным мечом, он насладился шипением, которое, прорываясь сквозь воздух, производил бритвенно-острый клинок. Если он в ближайшее время не найдет, кого искалечить, придется затеять драку с одним из двух других со племенников…

А затем из дверного прохода вышла невысокая фигурка. Молодая женщина! Неужели это не сон? Девушка стройная, очаровательная, и держала в руке меч. Ух ты! Лет двадцати. Она была несколько старше, чем Рогарт вообще-то предпочитал, но все же перспектива нарезать ее на ломтики сулила полный восторг. Плотоядно облизываясь, Рогарт жестом приказал двум другим держаться позади. Это была его добыча! Он сделал еще шаг вперед, а затем словно бы пушечное ядро ударило его сзади, и жесточайшая, невыносимая боль пронзила обе его икры…

Тусона проскользнула мимо искалеченного Рогарта, оставляя его на заботливое попечение Котика, и напала на двух других. Оба застали как вкопанные, потрясенные ослиной атакой, и первого Тусоне удалось убить одним-единственным выпадом. Второй мужчина быстро пришел в себя, однако, хотя он и был умелым меченосцем, Тусоне потребовалось лишь несколько секунд, чтобы раскроить ему горло аккуратным ударом наотмашь. Оглянувшись, она удивилась тому, что Котик не стал разделывать искалеченного мужчину, а с явным наслаждением наблюдал за его предсмертной агонией. Тусона скорчила гримасу и од ним ударом добила страдальца.

– Ты уже не лучше их становишься, – укорила она осла.

Котик внимательно на нее посмотрел.

– Его мысли тебе очень бы не понравились, – отозвался он. – Совсем скверные. Малость уважения ему бы не помешала.

Тусона взглянула на него в ответ – и вдруг с удивлением поняла, что Котик смущен. Он пошаркал копытами и отвернулся.

– Ну ладно, – пробормотал он. – Я лучше пойду прослежу, чтобы этот раздолбай себя в кочан капусты не превратил. – И с этими словами осел засеменил в другой конец деревушки в поисках Тарла.

Ронан стоял в просторной пустой хижине, держа ладонь на рукояти меча. Со времени вчерашнего боя у переправы он уже несколько раз вынимал его из ножен, и всякий раз меч вел себя весьма странно. Триумфальное пение и бодрая декламация сменялись похоронными панихидами, странным мурлыканьем и массой невнятного бормотания. Порой он внезапно умолкал, а однажды разразился безутешными рыданиями. Ронан уже начинал думать, что меч малость не в себе. А затем он понял, что единственная вещь, действительно подтачивающая твою уверенность в себе, это перспектива вступления в бой с Поющим Мечом, который вот-вот ненароком спятит.

Тяжело вздохнув, Ронан вытащил меч и с облегчением увидел, что он ярко светится и испускает энергичное ровное гудение. Прямо на глазах у Ронана яркость усилилась, а гудение стал еще громче и энергичней. Наверняка Некрос был где-то поблизости!

Ронан вытащил из кармана банку с зельем Антракса и дернул за колечко. Банка с легким хлопком открылась, и немного пенной жидкости пролилось ему на руки. Ронан быстро поднес банку к губам и быстро ее осушил. На вкус ее содержимое оказалось порядочной гадостью, и он почувствовал, как эта дрянь пенится и булькает по пути к его желудку.

Затем Ронан подошел к двери и выглянул наружу. Там, в сопровождении двух своих соплеменников, по главной улице вышагивал его заклятый враг!

С отчаянно бьющимся сердцем и гнусной пеной в желудке Ронан стал ждать своего часа.

Завернув за угол, Котик облегченно вздохнул. Судя по тому, как Тарл выблевывал содержимое своего желудка, он определенно был жив. Котик присеменил к другу и, тщательно избегая блевотины, потерся о его бок.

Вскоре Тарл выпрямился и тыльной стороной ладони вытер рот. Затем он трясущейся рукой дружески похлопал осла.