Первое, что я увидела, войдя в супермаркет «Эконом», был прилавок с бутылочками крови. Отлично, время – деньги! Следующими в глаза мне бросились листовки с портретом Эрика. Наверное, его снимали во время открытия «Клыкочущего веселья»; во всяком случае, вид у древнего кровососа был самый безобидный. Эрик излучал такую обаятельную приземленность, что никому бы и в голову не пришло думать об укусах, разорванной плоти и прочей кровавой дребедени. Каждый портрет сопровождался сообщением с кричащим заголовком: «ВЫ ВИДЕЛИ ЭТОГО ВАМПИРА?»

Я внимательно перечитала текст. Джейсон ничего не переврал: действительно, там обещали пятьдесят тысяч долларов – немалые деньги. Наверное, эта Халлоу и впрямь потеряла из-за Эрика голову, раз согласна выложить за секс с ним такую сумму. Не удивлюсь, впрочем, если у происходящего есть невидимое для меня двойное дно… Лично мне казалось очень сомнительным, что операция по захвату «Клыкочущего веселья» (и ангажементу его владельца) принесет колдунье прибыль – с учетом обещанного вознаграждения информанту. Чем дольше я думала, тем больше утверждалась в мысли: в этой истории полно подводных камней. Просто тихий омут какой-то… И из этого омута торчала моя голова на длинной шее. Как предостережение неосторожным и прощальный привет.

Погрязнув в горьких размышлениях, я увидела Хойта Фортенберри, давнего приятеля Джейсона. Он загружал свою тележку коробками с пиццей из отдела замороженных продуктов.

– Эй, Сьюки! – крикнул Фортенберри. – Ну и куда запропастился старина Джейсон?

Здоровяк Хойт выглядел по-настоящему обеспокоенным.

– Сама хотела бы знать, – ответила я, подходя поближе (уж больно громкий голос у джейсоновского приятеля – этак скоро весь магазин будет в курсе моих проблем). – Честно говоря, я очень волнуюсь.

– А ты не думаешь, что он завис у какой-нибудь милашки? Девчонка, с которой я его видел в Новый год, очень даже ничего.

– Не знаешь ее имени?

– Кристалл. Кристалл Норрис.

– И где она живет?

– Где-то в Хотшоте. – Хойт кивнул в южном направлении.

Крохотное местечко Хотшот располагалось в десяти милях от Бон Темпс. Жители этого поселка пользовались репутацией странных людей. Помнится, хотшотовские детишки, посещавшие нашу школу, всегда держались отдельной кучкой и были… чуток непохожими на всех. Тот факт, что Кристалл жила в Хотшоте, меня совсем не удивил.

– Так вот, -продолжал развивать свою точку зрения Хойт. – Я думаю, она вполне могла пригреть у себя твоего брата.

Но его мысли кричали о другом: Хойт сам не верил в то, что говорил. Он просто пытался успокоить себя и меня. Мы оба прекрасно понимали, что времени прошло немало – будь с ним все в порядке, Джейсон успел бы дать о себе знать, как бы хорошо ни проводил время.

Однако я взяла Кристалл на заметку и решила позвонить ей, когда выдастся свободная минута. Боюсь, что не сегодня. Я попросила Хойта сообщить о Кристалл шерифу, и он нехотя согласился. Я его понимала: кому же понравится связываться с полицией? Думаю, если б речь шла не о Джейсоне, Хойт вообще отказался бы. Однако они были близкими друзьями, причем для тугодума и увальня Хойта (который, увы, звезд с неба не хватал) мой брат всегда служил источником веселья и развлечений. Пропади Джейсон – и Хойт помрет со скуки.

Мы расстались на стоянке «Эконома», и я порадовалась, что Хойт не догадался поинтересоваться покупками, которые я сделала в супермаркете. Кассирша тоже промолчала, хотя лицо ее при виде упаковки «Настоящей Крови» выражало явное неудовольствие. Я и сама была не в восторге, хотя совсем по другой причине – расплачиваясь, я прикидывала, в какие убытки втравил меня мой гость. Одежда и кровь стоили немало.

Когда я подъехала к дому и выгрузила из машины свои пакеты, было уже почти темно. Я заперла за собой дверь, включила свет на кухне и окликнула Эрика – ни звука в ответ. Я распаковала покупки, выставила на стол бутылочку крови – на случай, если он проголодался. Затем достала из футляра дробовик, зарядила его и поставила в угол за водонагревателем. Еще раз позвонила в офис шерифа и услышала от диспетчера, что ничего не изменилось.

Я долго сидела без сил, привалившись к кухонной стене, и горестно размышляла о судьбе брата. Однако затем напомнила себе очевидное: слезами горю не поможешь. Пожалуй, стоит пойти в гостиную и зарядить в видик новую пленку. Пусть Эрик развлекается. Он уже пересмотрел все ленты с «Баффи», а «Ангела» у меня нет. Может быть, подойдут «Унесенные ветром»? Насколько я помню, он был в отъезде, когда их крутили в кинотеатре. Хотя что я говорю! У Эрика амнезия, ему все в новинку.

Я отправилась приводить свой план в исполнение – но посреди холла была настигнута шорохом, доносившимся из маленькой спальни. Я тихонько отворила дверь, не желая будить гостя, если окажется, что он еще спит. О Боже, он уже не спал! Стоя ко мне спиной, Эрик пытался натянуть джинсы. Он был абсолютно голый, даже без давешних крошечных бикини. На вдохе подавившись воздухом, я ахнула, изо всех сил зажмурилась и непроизвольно сжала кулаки.

Если бы кому-нибудь пришло в голову учредить международный конкурс задниц, уверяю вас – Эрик выиграл бы его! Причем легко – не прикладывая рук, лишь поигрывая ягодицами. Думаю, он отхватил бы самый большой приз!..

Говоря откровенно, я никогда не понимала женщин, слишком падких на мужиков. Однако сейчас некая Сьюки Стакхаус стояла, окаменев, посреди комнаты – ногти впились в ладони, глаза упорно пытаются что-то подсмотреть сквозь сомкнутые веки…

По-моему, это унизительно – так страстно жаждать (вот еще одно удачное словечко из Календаря) мужчину исключительно вследствие его внешней привлекательности. Вот уж не думала, что такое возможно. В смысле – для меня.