Я взяла себя в руки и объявила, что скоро буду готова. Заправив кое-как постель, я начисто вымыла лицо (никаких следов недавних слез!) и стянула волосы в конский хвост. Отыскала пару меховых наушников, которые обычно использовались раз в год, засунула в карман пальто пару теплых рукавиц и, подумав, добавила к ним упаковку салфеток «клинекс» на тот случай, если снова вздумаю поплакать.

Поисковые партии – популярный вид деятельности в Бон Темпс. С одной стороны, люди хотели помочь, а с другой – все же просочились слухи о следах таинственного дикого животного, и это привлекло любопытствующих. Насколько я понимала, слово «пума» не фигурировало, иначе толпа была бы в несколько раз больше. Большинство мужчин пришло вооруженными – мужчины никогда не упускают такой случай. Охота – это образ жизни в наших местах; большинство машин бегает по дорогам со стикерами NRA. Сезон охоты на оленей выливается во всенародный праздник. Специальным разрешением устанавливаются периоды, во время которых разрешено охотиться с луком и стрелами, с оружием, заряжаемым с дула, с винтовками (я бы не удивилась, если б обнаружился отдельный период для охоты с дротиками). У дома Джейсона собралось по меньшей мере человек пятьдесят – целая поисковая партия, и это среди рабочей недели в таком маленьком городке, как Бон Темпс!

Сэм тоже был здесь. Я так обрадовалась, что чуть снова не расплакалась. Он – лучший начальник, какого я только могу пожелать, но, что куда важнее, Сэм – друг, который всегда приходит на помощь в беде. Его медно-золотистая шевелюра сегодня была упрятана под ярко-оранжевую вязаную шапочку, на руках – такие же веселые оранжевые перчатки, так что темно-коричневая куртка мрачно контрастировала с аксессуарами. Подобно всем мужчинам, на ноги он надел тяжелые рабочие башмаки. Даже зимой нельзя выходить в лес с незащищенными лодыжками. Здесь полно змей. Пусть сейчас они вялые и неподвижные, но если вам все же случится наступить на подобную гадину – возмездие не замедлит последовать.

Странным образом присутствие всех этих людей делало исчезновение Джейсона еще более окончательным и реальным. Если все они полагают, что мой брат может быть где-то в лесу – мертвый или раненый, – наверное, так оно и есть. Мой страх рос с каждой минутой, невзирая на все разумные доводы, которые я сама себе приводила. Глядя на все эти приготовления, я снова и снова представляла себе жуткие вещи, которые могли приключиться с Джейсоном.

Когда я наконец вынырнула из своего фильма ужасов, Сэм стоял рядом со мной. Стянув рукавицу, он нашел мою руку и крепко сжал ее. Я с благодарностью ощутила его теплые, твердые пальцы. Хоть Сэм и оборотень, он умеет открывать мне свое сознание – правда, односторонне: мои мысли он не воспринимает. «Ты действительно думаешь, что он там?» – ощутила я его вопрос.

Глядя ему в глаза, я отрицательно покачала головой.

«Ты считаешь, он еще жив?»

Вот это вопрос потруднее. В конце концов я пожала плечами. Сэм продолжал сжимать мою руку, и я была этому страшно рада.

Арлена и Так выбрались из арлениной машины и направились к нам. Волосы моей подруги были по-прежнему вызывающе рыжими и еще более спутанными, чем всегда. Наш новоявленный повар сегодня явно не успел побриться, из чего я сделала вывод, что он еще не перевез электробритву в дом Арлены.

– Ты видела Тару? – спросила Арлена.

– Нет.

– Ну так посмотри. – Она украдкой кивнула назад, и я увидела Тару в джинсах и резиновых сапогах. Это было настолько непохоже на изысканную владелицу модного магазина, что я невольно усмехнулась. На голове у нее красовалась бело-коричневая шапка из искусственного меха (настолько лохматого, что хотелось подойти и причесать), под стать ей были рукавицы и куртка – такие же нелепые. Зато от пояса вниз – моя подруга была готова к лесной прогулке. Даго, один из друзей Джейсона, не мог отвести от нее ошеломленного взгляда. Холли и Даниэль пришли тоже, и если учесть, что последняя была без своего дружка, поисковая операция грозила обернуться неожиданным светским мероприятием.

Максина Фортенберри с двумя подругами стояла у открытой задней дверцы мужнина пикапа. Внутри виднелись термосы с кофе, одноразовые стаканчики, ложечки и пакетики сахара. В длинных коробках дымились шесть дюжин пончиков. Большой мусорный бачок, затянутый черным мешком, уже дожидался своей очереди. Эти дамы знали, как организовать поисковую партию.

С трудом верилось, что все было сделано за последние несколько часов. Мне пришлось отнять у Сэма руку, вытащить платок и снова вытереть непрошеные слезы. Меня не удивило, что пришла Арлена, но вот появление Холли и Даниэль потрясло, а Тара в меховой ушанке тем более. Вот уж кто, казалось бы, не был лесовичкой! Кевин Приор в прошлом не слишком жаловал моего брата, но сейчас стоял с картой и карандашом, прокладывая маршрут.

Наши с Холли взгляды пересеклись, и она улыбнулась мне слабой грустной улыбкой – из тех, что можно увидеть на похоронах.

Раздался громкий лязг: это Кевин у машины колотил в мусорный бачок, привлекая внимание собравшихся. Постепенно разговоры стихли, и полицейский приступил к раздаче инструкций по проведению поиска. Я даже не представляла, что Кевин может быть настолько властным. Обычно он прозябал в тени либо Дженнин, своей чересчур авторитарной матери, либо Кении, своей удручающе заметной напарницы. «Вот уж кто не станет участвовать в поисках Джейсона», – подумала я и тут же устыдилась, заметив Кению у пикапа Фортенберри. Одетая сообразно обстановке, она стояла с совершенно бесстрастным лицом и не принимала участия в суматохе. В ее позе явственно читалось, что Кения – всего лишь группа поддержки. На случай, если у напарника возникнут какие бы то ни было проблемы. Уж что-что, а воплощать скрытую угрозу Кения умела, надо отдать ей должное. Милосердие не было ей чуждо. Я знала: в случае пожара Кения выплеснула бы на моего брата ведро воды, хотя ее отношение к нему трудно принять за положительное. Здесь она находилась лишь из-за Кевина и внимательно изучала лица людей, которым предстояло сейчас идти в лес. Встретившись взглядом со мной, она слегка кивнула, и я ответила ей тем же.

– В каждой группе должен присутствовать вооруженный мужчина, – говорил Кевин. – И не кто попало, а охотник, хорошо знающий здешние леса.

Я отметила, что после этой директивы возбуждение в толпе достигло апогея, и перестала слушать, что там выкрикивает Кевин, что говорят ему в ответ. Я чувствовала себя уставшей. Слишком тяжелым и насыщенным выдался предыдущий день: все это время я сходила с ума от тревоги за брата, после долгой и трудной ночи меня разбудили рано утром, и вот теперь я стояла во дворе дома, где прошло мое детство, и готовилась принять участие в напрасных поисках. По крайней мере, я надеялась, что напрасных. Я чувствовала себя как в тумане и с трудом вникала в происходящее. Холодный ветер гулял по двору, высекая жгучие слезы из глаз.