– Вы высокого мнения о нем, не так ли? – спросила Мэри у Флада.

– О Мартине? – Он кивнул головой. – Вьетконговцы держали меня в яме неделями. Когда начинался сезон дождей, яма наполнялась водой и мне приходилось стоять всю ночь, чтобы не утонуть. Вши, черви и прочие прелести. И вот однажды, когда было настолько плохо, насколько это вообще возможно, протянулась рука и вытащила меня оттуда. Это был Мартин с повязкой на голове, волосами до плеч и лицом, размалеванным, как у индейцев-апачей. Он особенный человек.

Мэри посмотрела на Броснана.

– Да, – сказала она, – эти слова очень точно характеризуют его.

Диллон заказал такси на шесть часов утра к гостинице. Он ждал на ступеньках с чемоданом в одной руке и портфелем в другой. На нем были костюм, плащ, полосатый галстук и очки – все, как на фотографии Питера Хилтона, украшавшей водительские права с Джерси и права на управление самолетом, документы, которые были при нем для удостоверения личности. В чемодане лежали туалетные принадлежности и вещи, которые он приобрел в магазине Клейтона в Ковент-Гардене. Все было тщательно сложено. Он положил туда полотенце, взятое в гостинице, носки и трусы. Все выглядело совершенно обычно, и даже наличие парика легко было объяснить.

Когда подъехало такси, Диллон велел водителю отвезти его на аэродром. Дорога до Хитроу не заняла много времени в этот ранний час. Он вышел из такси, получил заказанный заранее билет, оформил багаж и получил посадочный талон. У него не было с собой оружия. При существующей на этих рейсах системе проверки не было никакой возможности пронести оружие.

Диллон взял пачку газет, поднялся в ресторан на галерее и заказал плотный английский завтрак. Он начал просматривать газеты, останавливаясь на сообщениях из Персидского залива.

В Гатвике снег припудрил землю у взлетной полосы. Когда «леар» оторвался от земли и выровнялся, Мэри спросила:

– Как вы себя чувствуете?

– Я не совсем уверен, – сказал Броснан. – Прошло много времени с тех пор, как я был в Белфасте. Лиам Девлин, Анн-Мари… Это было так давно.

– А Син Диллон?

– Не беспокойтесь. Я его не забыл и никогда не забуду.

Он повернулся и уставился в окно, а самолет уже прошел через облака и повернул на северо-запад.

Диллон не знал, что, когда его самолет коснулся бетона в аэропорту Алдергроув в окрестностях Белфаста, Броснан и Мэри уже приземлились и были на пути к гостинице «Европа». Полчаса он ждал, пока доставят багаж. Получив свой чемодан, он устремился к зеленому коридору и влился в поток прилетевших пассажиров. Таможенники останавливали некоторых для досмотра, но он не попал в их число и через пять минут вышел из здания аэропорта и сел в такси.

– Англичанин, я не ошибся? – спросил водитель. Диллон заговорил с ирландским акцентом:

– А что, похож?

– Господи, извините. Куда едем?

– Я бы хотел попасть в гостиницу на Фолз-Роуд, поближе к Крейг-стрит.

– Вы там много не получите.

– Места моей молодости, – объяснил ему Диллон. – Я уже несколько лет работаю в Лондоне. Оказался здесь по делу на одну ночь. Думал, будет приятно увидеться со старыми приятелями.

– Решайте сами. Есть «Дипден», но это то еще местечко, скажу я вам.

Проехал бронированный автомобиль, а когда они повернули на главную дорогу, то увидели армейский патруль.

– Ничего не изменилось, – сказал Диллон.

– Точно, хотя многие парни еще даже не родились, когда началась заваруха. Я все думаю, куда мы идем? Еще одна Столетняя война?

– Один Бог знает, – произнес набожно Диллон и развернул газету.

Водитель оказался прав. «Дипден», высокое здание в викторианском стиле, находился в маленьком переулке близ Фолз-Роуд. Диллон расплатился с водителем, вошел и оказался в запущенном холле со старым ковром на полу. Когда он дернул за колокольчик, висевший над стойкой, появилась полная, похожая на домохозяйку женщина.

– Могу помочь, дорогой?

– Комнату, – сказал он. – На одну ночь.

– Прекрасно. – Она подтолкнула к нему регистрационную книгу и сняла с доски ключ. – Номер девять на втором этаже.

– Заплатить сейчас?

– Обычно я беру деньги вперед, но сейчас в этом нет необходимости. Я всегда узнаю джентльмена.

Он поднялся по лестнице, нашел номер и открыл дверь ключом. У комнаты был запущенный вид, как он и ожидал. Узкая, с металлической сеткой кровать, комод. Он поставил чемодан на стол и вышел, закрыв дверь на ключ. Пойдя по коридору в другую сторону, нашел черную лестницу, которая вывела его в грязный дворик. Дальше улочка петляла между заброшенными домами, но это совершенно не удивило Диллона. Это был район, который он знал как свои пять пальцев. В свое время он доставлял здесь британским солдатам адские муки. Он двинулся вниз, с улыбкой на лице вспоминая прошлое, потом свернул на Фолз-Роуд.

– Я помню, как открывалось это заведение в семьдесят втором, – сказал Броснан Мэри. Он стоял у окна номера на седьмом этаже гостиницы «Европа» на Грейт-Виктория-стрит рядом с железнодорожным вокзалом. – Некоторое время эта гостиница была главной мишенью бомбометателей ИРА.

– Вы, конечно, не были в их числе?

В вопросе прозвучал легкий сарказм, но он не обратил на это внимания.

– Конечно, нет. Мы с Девлином слишком любили здешний бар. Были его постоянными посетителями.