Высокий тощий подросток, чьи белые волосы, словно специально надёрганные, а на деле безжалостно откромсанные простейшим боевым веером ледяной колдуньи, мотались под широким капюшоном жилета, подчёркивающего его тонкие, но сильные руки, быстро приближался к Куриной горе. Горой та до сих пор называлась из жалости: сейчас это была небольшая скала, когда-то, впрочем, гордившаяся своими размерами. Но первокурсники первыми опытами в магии за несколько лет быстро привели её в состояние, когда по тропкам можно спокойно взобраться до самого её верха, не встретив по дороге ни одной вредной сущности, от которой надо было бы с визгом спасаться.

— Си-инд!! — хором заорали четверо, следившие за его передвижениями и, к собственному удивлению, узнавшие его только по стремительной походке.

— Иду-у!!

Подросток быстро пробежал последний участок тропы наверх и очутился на скалистой площадке, где его и встретили однокурсники. Откинул капюшон и улыбнулся.

— Си-инд… — растерянно и с сочувствием сказала только что кричавшая девочка, дотрагиваясь до растрёпанных волос подростка.

— Да ладно, Мартина, — отмахнулась та, уже не улыбаясь, а нехотя усмехаясь. — Мачеха приезжала. Не понравилось ей, что косы длинные. Вроде как я за ними всё равно не ухаживаю. Сказала, что блох развожу, а на парикмахера денег в семье нет, и так все последние деньги на мою учёбу потратили. Ну и… Всё нормально. — Синд передохнула от длинной речи, мельком подумав, что, пока не пожалуется, мачехе ничего и не будет. А она, Синд, жаловаться не собирается — и мачеха это прекрасно знает. — С такой причёской даже лучше: прятаться легче. Вы принесли всё, что надо для опыта?

— Синд, а мы уже сделали всё, — вздохнула Мартина, тоже одетая под мальчишку, правда никого не обманувшая бы внешне, будучи не только пухленькой, но и очаровательно округлой. — Домашнее задание было лёгким. Мы разложили все ингредиенты, и практикум готов. Что будем делать? Времени до вечера — полно!

— Синд, придумай что-нибудь, — попросил Александр, самый старший в этой компании, но не самый главный — пальма первенства во всём была отдана Синд с первых минут близкого знакомства с нею: она была подготовлена к учёбе в университете ещё дома — своей крёстной. — Времени полно, сидеть в комнатах не хочется.

— Ладно-ладно… — пробормотала девочка любимую присказку, мучительно соображая, что же теперь делать, и снова машинально дотрагиваясь до коротких белых прядей. Дотронулась и отдёрнула пальцы.

В общежитие ей тоже не хотелось: сразу по прибытии Синд в мир Студенческого архипелага мачеха велела ей вселяться в каморку при апартаментах старших сестёр, а в каморке даже заниматься нельзя, пока сёстры рядом. Мачеха один раз довольно прозрачно объяснила положение Синд при сёстрах, а потом повторяла его, как только появлялся повод. Младшая должна следить, чтобы у старших всё всегда было в порядке. Иначе — немедленное возвращение домой. А следить за порядком значило быть прислугой, репетитором (причём, репетитором, который выполнял все домашние задания и за сестёр, учившихся курсом старше) и девочкой на побегушках. Синд же, сознавая, что в будущем хорошая партия ей не светит (что старательно вдалбливалось в её голову мачехой), очень сильно хотела учиться, чтобы достичь таких высот магии, как, например, у крёстной. Если репетиторство ещё терпела, поневоле заучивая заданное сёстрам, которые готовились стать магами-универсалами средней руки, то прекрасно осознавала, что быть прислугой при таких сёстрах, как у неё, — отнимает много времени.

Черноволосые братья-погодки Рик и Бреки тоже вопросительно уставились на Синд. Они давно уже поняли, что эта девчонка способна придумать что угодно в самой непритязательной ситуации. И выполнить задумку так, что потом можно долго с удовольствием и с ужасом вспоминать детали уже ставшего историей приключения. А заодно выучиться чему-нибудь, что пока не проходили на первых курсах. А до знаний оба брата были очень жадными. Дома-то, на пустынном острове, много не позанимаешься. А ведь есть огромный, манящий мир, куда хотелось вырваться. Оба сознавали, как им повезло: из шестерых детей только у них двоих магические способности оказались настолько яркими, что оба подпадали под закон о стипендиальном обеспечении. Почему отец нехотя, скрепя сердце, но отпустил их, лишившись двух крепких работников на личном рыболовном сейнере.

Компания собралась довольно пёстрая — все из разных специализированных классов. Объединяло ребят одно: все пятеро были слишком поздно по разным причинам отправлены в университет. И пусть они все учились на первом курсе, но довольно многочисленные знания чисто практического свойства, полученные дома, имели все пятеро. Синд в компании была младшей.

— У нас есть целых три часа, — нетерпеливо напомнил Александр. Он был единственным в компании не только старше, но и сильней Синд в магии — что, увы, значило лишь: наизусть он знает заклинаний гораздо больше, чем она. Вот только Александр не такой сообразительный, как тренированная своей крёстной девочка, у которой заклинания мгновенно слетали с языка в нужный момент. Так что и он в поисках приключений на свою пятую точку полагался на соображалку Синд.

Девочка исподлобья оглядела затаивших дыхание, глядя на неё, однокурсников и насмешливо улыбнулась:

— Как насчёт снова прогуляться на Тартар? Ещё раз опробовать учебные мечи на тамошней нечисти? А то уже два месяца в школе — и только тренировки, таскаем всё снаряжение без толку.

— Ха! — радостно сказали братья.

— Синд, а кто будет переодетой боевой принцессой? — с интересом спросила рыженькая Мартина, машинально взбивая и так пышные пряди и локоны.

— У нас принцесса одна — ты. Так что заворачивайся в плащ — будешь нашей приманкой. И начинай придумывать сюжет, — весело велела Синд, благодарная, что ребята уже забыли о её волосах и принялись за обсуждение будущего приключения.

Девушка взвизгнула от радости и принялась укутываться в тёплый мужской плащ, который просто обожала за его невесомость (заклинание разработано с Синд) и вместимость (помогали Рик и Бреки): в него легко спрятать не только саму пухленькую Мартину, но и всё то оружие, которое девушка таскала на себе.

— Курток мы не взяли, — задумчиво сказал Александр. — Там ведь холодно — из-за нежити. Но… Наверное, мы не будем просто так сидеть? Согреемся в действии. Синд, возьми мою. Я взял, потому что, возможно, всё-таки сработало предвидение.