– Естественно, ничего не произойдет, если ничего не откроется. Однако, вы потратите свое время, силы, подвергнетесь некоторому риску, нервы, напряжение, я знаю - это вещи несоизмеримые, но готов потратиться. В качестве компенсации я предлагаю пятьдесят тысяч злотых, вперед. Собственно говоря, даже больше...

Он замолчал и смотрел неуверенно, вопросительно и умоляюще. Все лицо, кроме глаз, выражало решительность. Признаков помешательства у него не наблюдалось. Единственное, что я в данный момент смогла оценить, это размер суммы.

– По-моему вы нездоровы, - невольно вырвалось у меня.
– Пятьдесят штук за две недели?

– Возможно, три. Скорее всего, три. Для меня, прошу прощения, эти три недели стоят пятидесяти миллионов, но их у меня нет. Я отдаю себе отчет в том, что предложение... нетипичное, и, возможно, немного хлопотное, никто не примет его без соответствующей компенсации. Я так много прошу... Чтобы не было недоразумений, объясняю все сразу. Ох, извините, я вам не представился. Меня зовут Стефан Паляновский, я не аферист и не преступник, работаю в Министерстве внешней торговли, вы всегда можете проверить. В конце-концов, это еще одна моя забота, но об этом позже... Собственно говоря, у меня неплохая работа, кроме того, несколько лет назад я получил наследство от родственника, который умер во Франции. У меня есть счет в Лионском кредите и деньги в Польше, все это абсолютно легально, если хотите, я могу заплатить франками...

Картина в мыслях сменилась. Вместо трупа я увидела свою машину, стоящую в мастерской и ту кучу запасных частей к ней, которую необходимо покупать за валюту.

– Вы спасете мне жизнь, - продолжал он все с тем же пылом, не давая прийти в себя. Без этой женщины для меня нет ни жизни, ни всего остального!...

Он вдруг изменил тон и продолжил трезво, настойчиво и убедительно:

– Как я сказал, у меня ответственный пост в министерстве. Репутация основа моего существования, а этот человек может бесповоротно ее уничтожить. Достаточно мелочи, он напишет анонимку, где-то что-то скажет и уничтожит мою карьеру, отъезд и вообще все! Дело не в деньгах, это покажется смешным, но я работаю не за деньги, я люблю свою работу, она мне нужна, я профессионал... Поймите и эту женщину! Вы тоже женщина... За каждым ее шагом следят какие-то подозрительные типы, дома - этот человек, который ей противен, она на грани нервного срыва!...

Он говорил дальше, усиливая заполнивший меня хаос. Нелепо упрямый муж, умирающая при рождении большая любовь, опять же - репутация, внешняя торговля, общие дети, нервный срыв, а тут еще и моя чертова машина в ремонте... Несомненно, я просто создана для дурацких историй. Я колебалась, не сумев оценить всего дела, но мне уже понравилось.

– Минутку...
– осторожно начала я.
– А если это откроется...

– Не может открыться!

– Но вдруг... Тогда муж может возбудить дело о мошенничестве!

– Ничего не случится, если вы делаете это по согласию с заинтересованной стороной! И вообще, никакого мошенничества нет - есть его ошибка! За его ошибки никто не в ответе, если он принимает чужого человека за свою жену - его личное дело! Кроме того, в любом случае, я покрываю все расходы - адвокат, выплаты, штрафы, не знаю, что там может быть еще, безразлично! У вас есть права?

Правами он оглушил меня еще раз, оттолкнув в сторону клубок, из которого я пыталась выбраться. С раздражением я подумала, что мне причитается вознаграждение за один только разговор. Какое отношение ко всему этому имеют права?

– Есть. А что?..

– И вы умеете ездить?

– Естественно умею, что за глупые вопросы!

– Это здорово. Видите ли, у нее есть вольво и она всегда им пользуется. Вам тоже придется.

Я охнула. Что-то во мне сломалось. Мое влечение к автомобилям оказалось сильнее всего остального. Новый вольво, о боже!!!...

– Вы должны заплатить мне заранее...
– неуверенно сказала я, не отдавая себе отчета в совершаемом, думая только о том, что перед тем, как воплотиться в чужого человека, надо доставить в мастерскую запчасти, чтобы вместе с возвращением в себя, получить и собственную машину.

– Конечно, когда пожелаете! Боже, так вы согласны?!

От до сих пор безгранично угнетенной жертвы чувств стало исходить сверхъестественное сияние. Я стала приходить в себя.

– Подождите секундочку, - попросила я.
– Прежде всего опомнитесь и постучите себя по голове. Это неправильно. Какой же муж не поймет, что с ним живет не его жена, а какая-то чужая баба?

– Откуда! Какой живет! Я же сказал, что они почти не видятся! Живут отдельно, едят отдельно, почти не не встречаются и почти не разговаривают! Только работают, но с работой как-нибудь уладим, она может...

– Подождите, - подозрительно прервала я.
– Какой работой?

Разошедшийся любовник немного забеспокоился.

– В этом, собственно, главная трудность, но я не сомневаюсь, что это можно уладить. Видите ли, у него мастерская по производству каких-то там тканей. И она делает ему шаблоны узоров или что-то такое. По-моему, это называется набивка, или как-то похоже, а выходит из этого что-то бархатное.

Стечение обстоятельств показалось мне просто неправдоподобным, и даже невероятным. Мне стало ясно - это судьба, оставалось только сдаться ей без излишнего сопротивления. Я покорно кивнула: