Тряхнув головой, я с трудом прогнала завлекательные образы. Оказывается, мои сообщники оживлённо обсуждают возможность гибели Болека в автокатастрофе, даже сержант подключился. Он успел покончить с долларами и теперь опять аккуратно складывал их пачкой, чтобы завернуть в целлофан.

— Достаточно малюсенькой бомбочки…

— Бомбочку могут обнаружить!

— Да кто будет обнаруживать-то? Погиб в автокатастрофе, несчастный случай, а то вы не знаете.

— Тогда сразу и тормоза, и система управления. Если они выйдут из строя, хана!

— А он вдруг как раз едет по прямому пустому шоссе? Тогда у него есть шансы…

— Так он же не знает, что они вышли из строя, И на первом же повороте…

Вконец удручённый Болек выдвинул своё предложение:

— Самое лучшее, чтобы машина просто сама собой разлетелась на куски. Вот только не знаю от чего… И загорелась! Взорвалась?

— А от чего она может загореться?

— Придётся им за тобой ехать со спичками в руках…

— Хватит вам! — раздражённо потребовал майор. — С ума с вами сойдёшь! Я всегда приветствовал помощь общественности, всю жизнь, боюсь, теперь изменю мнение.

— А разве это наша вина, что вам не дают нормально работать? — гневно выкрикнула я. — Ну ладно, в самом деле, успокойтесь, кажется, я что-то придумала. Вот послушайте. У меня получается, что Болеку надо улучить подходящий момент и сломать ногу…

День склонялся к вечеру, но до наступления темноты было ещё далеко. Закончилось время, отведённое для ужина организованных курортников, и у своего дома я напоролась на поджидающего меня Зигмуся, о котором за хлопотами совершенно забыла. Как всегда, кузена распирали энергия и энтузиазм, и он ещё издали приветствовал меня победными возгласами:

— Успех, полный успех! Тайная встреча-встреча! Я проследил-проследил! Скоро-скоро начнётся операция! Точно-точно!

Жутко раздражала его манера повторять слова, теперь же, взбудораженный и донельзя взволнованный, он и вовсе не мог по-другому выражать свои мысли. Интересно, что же такое, Господи Боже, отмочили пан Януш с адвокатом Кочарко и примкнувшим к ним номером третьим? А казалось бы, такие порядочные люди…

И я поспешила заткнуть кузену рот предложением немедленно отправиться в кафе, чтобы за чашечкой кофе обсудить создавшееся положение. Опять же, выберем столик на открытом воздухе, есть шансы понаблюдать за членами преступной шайки. Не исключено, что они могли собраться б.., ну, например, в «Ракушке», так что имеет смысл отправиться именно туда. Зигмусь принял моё предложение с восторгом.

И ещё по дороге принялся докладывать о своих успехах. Я не мешала, понимая, что иначе он и лопнуть может от распиравших его чувств.

— В самом деле, в самом деле, видел я такого чёрного-чёрного, как ты говорила! Ты умница-умница, видел скелет, одни кости-кости, роскошная женщина! На пляже сблизились, вместе ушли-ушли, номер первый и второй общались-общались, появился ещё один-один, назовём его номер четвёртый…

— Как выглядел? — перебила я.

— Высокий. Худой. Рыжеватый. Очки. Бритый. Нос большой, губы сжатые, челюсть. Весь острый-острый, вылитая ласка-ласка…

Нет, определённо кузену не откажешь в наблюдательности, мужа Выдры он описал очень ярко. Оказывается, этот ласкоподобный муж знакомил друг с другом две группировки. С одной стороны, пана Януша и адвоката Кочарко, с другой — Выдру и Северина. Ну как же я забыла, ведь муж Выдры знаком с паном Янушем, встречались и в казино, и на бегах, оба азартные игроки. Видимо, муж Выдры соблазнился возможностью поиграть в покер. Как же я не предвидела этого, бросая Северина Зигмусю на заклание? Идиотка безмозглая!

А Зигмусь вошёл в раж и шпарил без остановки:

— Расстались, разошлись в разные стороны-стороны, но я успел-успел! Номер первый — на ужин в «Альбатрос», номер второй — к ребёнку-ребёнку, совести нет использовать для камуфляжа невинное дитя-дитя! Я установил, это дитя — мальчик. Остальные — в «Пеликан-Пеликан». Я поужинал быстро-быстро и выследил-выследил! Вот номер первый, идут вместе-вместе, второй их нагоняет-нагоняет. И все в «Альбатрос», сейчас там все-все!

Тем временем мы добрались до «Ракушки» и отыскали свободный столик.

— Кто-кто? — вырвалось у меня. Дурной пример заразителен! И я уточнила:

— Кто именно собрался сейчас в «Альбатросе»?

Обстоятельный Зигмусь, желая избежать ошибок, заглянул в свои записи. И зачитал:

— Номер первый. Номер второй. Номер четвёртый. Прибывает номер третий. Все вместе-вместе!

Понятно, пан Януш, муж Выдры и таинственный третий номер сговорились сыграть партию в покер в апартаментах адвоката Кочарко. Я бы сама охотно присоединилась к ним.

Вслух, естественно, я сказала совсем другое.