– Эй! Ничего не забыли?!
– окликнул я их.

Ган, взваливший к себе на плечо Куту, все еще неспособного идти самостоятельно, и Маки обернулись с непонимающим видом.

– Извинения, сучата, - пришлось снизойти до пояснений.

– А!
– хмуро кивнул самый крупный.
– Конечно. Мы приносим свои из...

– Да не мне, придурки тупые!
– оборвал я Маки, уже начавшего склоняться в кривоватом поклоне.
– Перед Юми-тян извинитесь! Завтра! И не украдкой, а при всех! На большой перемене подойдете к нашей старосте, все подойдете(!), и извинитесь!

– Да-да-да, конечно, Авара, - часто закивал толстяк Ган, являвшейся, кстати, тем самым "инициатором конфликта".

– Чё?! Я не понял?!

– Все сделаем в лучшем виде, Одавара-сама!
– тут же еще больше залебезил мордатый.

И правильно! Не хрен в моем присутствии к девушкам так нагло приставать, особенно если они против! И младше тебя! Насмотрелись хентая с лолями всякими, извращенцы. А главное, получил по морде, и нет, чтобы тихо свалить. "Стрелку" он мне забил, своих привел. Как будто я вас всех не бил до этого ни разу. Бил. И каждого по отдельности, и всех вместе, и когда вас вдвое больше было. Я вообще, даже в таком месте как Изясо, одним из лучших считаюсь в плане быстро и качественно настучать по репе. Есть у меня правда по этому поводу один секрет, кроме регулярных и утомительных тренировок в единственном местном додзё, но знать его не стоит никому. Почти...

– Авара-семпай! Как вы их! Одного - раз, другому в тыкву - два!
– размахивая руками, ко мне подскочил единственный зритель произошедшего здесь побоища.
– А потом еще так!

Подвижный малец был лет десяти на вид и одет в такую же черную форму учащегося, как и я, только с темно-зеленой каймой, говорившей о его принадлежности к младшей школе, находившейся с другой стороны от здания приюта. В средней школе, что располагалась за небольшим парков, ученики таскали гакураны с красной окантовкой. У нас - старшаков - такой каймы не было уже вообще.

– Ну, ничего новенького они, Кодзи-кун, мне сегодня точно не показали, - усмехнулся я, потрепав мальчишку по непослушным огненно-рыжим волосам.

Натуральные, кстати. Скорее всего, ирландские американского разлива. Метисов у нас тут немало, что поделать. Тоже специфика заведения.

– Но все равно классно!

Задор паренька вызывал у меня улыбку. Да, в свое время, с этим маленьким ожившим реактивным двигателем просто нельзя было не подружиться. Я и так ни секунды не жалею о том, что сблизился с мальчишкой, и тот теперь почти все время вне учебы бегал вместе со мной. Некоторые вещи надо просто делать, в любом случае, а там... А там поглядим, куда безымянные предки вынесут.

– Так, помнится, я обещал угостить кого-то мороженным, если буду в состоянии ходить после драки?
– протянул я, задумчиво глядя куда-то вдаль.

На лице у мелкого тут же расцвела улыбка от уха до уха.

– Обещали, Авара-семпай!

– Ну, раз так, то пошли, - согласился я, тоже широко ухмыляясь.

* * *

Сидя в открытом летнем кафе, выходившим на небольшой уютный сквер, я рассматривал оранжевую полосу закатного неба и думал о своем. Рядом с упоением, обжигая язык о холодный пломбир, чавкал мороженым Коджима. Очень хотелось курить, но я недавно предпринял очередную попытку бросить, хотя и прекрасно осознавал, что при первой возможности снова сорвусь, как бывало уже не раз. Страсть к никотину из той прежней жизни, до того момента, как все окончательно переменилось, была и оставалась моей единственной непобедимой слабостью, регулярно одерживавшей маленькие триумфы в сражении с моей силой воли. Буду потом опять смолить месяц или два, в наглую - в школе, и тайком - на тренировках. Харада-сенсей, наверняка, снова меня застукает и даст по шее, после чего настанет очередь новой попытки завязать. Хорошо, хоть в этом кафе не курят, меньше шансов поддаться желанию...

Посетители заведения, а в этот час их было немало, с некоторой опаской косились на нашу форму. Все-таки в Изясо ничего хорошего от "приютских крыс" не ждали, а ученики из местных жителей сменяли свой гардероб после окончания занятий так быстро, как только могли. Но мы наведывались в это местечко далеко не впервой, так что хозяйка и симпатичные девчонки-официантки уже привыкли к нашей необычной парочке и знали, что ничего плохого лично от меня им ждать не стоит. Хотя один раз ко мне все-таки прицепились двое из выпускного класса, ползли откуда-то из города навеселе, и дернуло их чего-то до меня докопаться. Пришлось по-быстрому их отоварить и, извинившись за один сломанный стул, поспешно делать ноги до приезда полиции. Кстати, владелица кафе меня так и не сдала легавым, после чего вариантов у меня, где бы еще посидеть вечерком и потратить остатки своего тощего пособия, попросту не оставалось.

В подобные моменты короткого отдыха, расслабленно сидя за этим столиком, на парковой лавке или на бетонных ступенях котельной у общежития, я слушал веселую трескотню своего рыжего "подопечного", любившего пересказать мне в деталях все события своего минувшего дня, и думал о своем, изредка вставляя комментарии или посмеиваясь над забавными эпизодами. Раньше эти раздумья не приходили ко мне так часто. То ли дело было в изменившемся возрасте, то ли раньше рядом просто не было такого вот Коджимы, а вместе с ним и времени на отдых.

И думал я почти всегда об одном и том же. О той необычной и иногда пугающей Силе, что, как оказывается, всегда была у меня с собой...

Странные вещи вокруг я видел с самого детства и очень удивлялся тому, что их не видят другие. Но взрослые редко обращают внимания на рассказы ребенка о призраках, духах и йокаях, даже если живут в такой суеверной стране, как Япония. А с годами я просто привык к тому, что многое, попадающее в мое поле зрения, никто другой вообще, как правило, не замечает. Привычка - великая вещь. И я привык, привык не обращать внимания, привык делать вид, что не замечаю того же, что не замечают все, и лишь очень-очень редко давал волю своему детскому любопытству и пытался повлиять на этот странный мир, живущий параллельно с обыденной реальностью.