Рядом со мной, тем временем, внезапно оказался Рюдзаки. Его правая рука покоилась на медицинской перевязи, но в остальном мой недавний противник по четвертьфиналу уже выглядел полным сил и здоровья.

– Моэ-кун, - Кампаку склонился ко мне так, чтобы никто из говоривших рядом людей ничего не услышал из нашей беседы.
– Я знаю, какое дерьмо эти братья Рё. Так, что и на секунду не поверил в те обвинения, что тебе предъявили. Учителя и многие из наших намерены в этот раз поставить ублюдков из Ассоциации на место, и плевать, кто там за ними стоит сейчас. Поэтому будь уверен, это дело так просто никто не забудет!

– Благодарствую за поддержку, Рю-кун, - я видел, что парень абсолютно искренен в своих словах, но от старых привычек непросто избавиться.
– Но все свои проблемы я как-то привык решать исключительно сам.

– Даже и не сомневаюсь, - рассмеялся Рюдзаки.
– Но если вдруг передумаешь, или что-то понадобиться, то всегда обращайся. И это...
– мой собеседник оглянулся через плечо, чтобы лишний раз убедиться, что нас никто не слушает.
– Будь осторожен. Эти четверо уродов, с которыми ты пересекся, жутко мстительные. Всякое может быть...

– Спасибо. Учту.

– Эх, вот такая она штука - жизнь, - уже двигаясь к выходу, Гендо толкнул меня локтем в бок, видимо, заметив мой угрюмый вид и желая приободрить.
– Как зебра! Полоса белая, полоса черная, полоса белая... Но в конце у всех лишь глубокая...

– Очень жизнеутверждающе, - буркнул я, перебив семпая.

– Мда, и вправду, - согласился Гендо.
– Жалко ты у нас, Моэ-кун, несовершеннолетний, иначе я бы точно знал, как поднять тебе настроение этим вечером.

– Этим вечером, Гендо-семпай, у меня вообще-то свидание, - ответил я, по-прежнему без всякого выражения, заставив клерка болезненно сморщиться.

– Нормально! А главное, он молчит и ни слова. Знаешь, Моэ-кун, редкостной ты породы зверь. И, похоже, точно лишь одно - не полосатого окраса!

* * *

– Хотя рассуждать об этом уже поздно, но... Вы точно уверены в том, что мы применили наиболее подходящий метод из всех возможных вариантов?

Хозяин роскошного кабинета слегка поерзал в своем невероятно удобном кресле и, слегка поправив одно из множества золотых колец, унизывавших толстые пальцы, откинулся на широкую спинку из натуральной кожи. Его единственный собеседник, к которому и был обращен последний вопрос, поднял на Кобагути свой леденящий, пугающий взгляд и лишь небрежно пожал плечами. Кремовый костюм, как и всегда, отутюженный просто идеально до последней складки, смотрелся на этом человека довольно броско, но не вызывающе. На фоне остального интерьера комнаты, в котором превалировало темное дерево разных оттенков, наряд гостя выглядел ярким и не совсем уместным пятном.

– Не вижу причин, чтобы нам в очередной раз обсуждать эту тему, Кобагути-сама, - тихий голос произносил каждое слово так, будто предварительно взвешивал в нем каждый звук или букву.
– В конечном итоге, все получили то, чего желали. Дото-кун - свой новый титул, вы - обратно все свои деньги и даже немного сверху, все остальные - напоминание о том, на кого они работают.

– И все же... Этот скандал...

– Это не первый скандал и не последний, - отрезал человек с глазами убийцы.
– И кому, как не вам, знать об этом, Кобагути-сама. К тому же, этот скандал не ваша забота. А наши люди из ассоциации тоже обязаны отрабатывать свой хлеб и, согласно договоренности, принимать на себя все последствия подобных эпизодов.

– Конечно, вы правы, - кивнул усатый толстяк, становясь заметно спокойнее, но тут же встревожившись вновь - Однако, меня немного тревожит тот факт, что мы ничего не сообщили семье Рёманмару о том... инциденте в гостинице. Точнее, - с намеком протянул Кобагути, - обо всех его деталях.

– Это было излишне, - отрезал гость.
– К тому же, способ, к которому мы прибегли для решения конечных трудностей, избавил нас от тех вероятных сложностей, что непременно возникли бы, попытайся мы действовать с этим парнем как-нибудь по-другому.

– Но, тем не менее, - не сдавался так сразу хозяин кабинета, - возможно, нам стоило хотя бы намекнуть им... Все-таки, по вашим же собственным словам, этот изяский сопляк сумел поймать пулю голой рукой!
– несмотря на то, что вся последняя фраза была произнесена шепотом, говоривший сумел подчеркнуть восклицание в самом конце.

– И это лишь помешало бы нашим планам исполниться столь успешно, - собеседник мастерски продолжал выдерживать свою маску полного безразличия.
– Узнай, братья Рёманмару об этом факте, и кто знает, что случилось бы дальше. Дото-кун вполне мог, не своим умом, так с подачи старшего брата, решить сняться с соревнований, а то, что вы и многие важные люди потеряют на этом свои деньги, волновало бы этого парня в самую последнюю очередь.