Никто дракона не убивал. Просто он положил голову на порог ее материнского дома. Похоже, у нас все получилось, – с мрачным удовлетворением ответил Чейд. – Теперь, когда мы знаем, что с тобой все в порядке, завтра отплываем домой. Если у Дьютифула хватит мужества сказать своей невесте, что она должна плыть вместе с ним.

Я дал ей время решить, действительно ли она хочет последовать за мной, — сурово заметил Дьютифул.

Я не понимаю. Может быть, кто-нибудь начнет с самого начала и расскажет мне, что произошло?

И Чейд с Дьютифулом рассказали мне (а Олух изредка вставлял в их повествование свои замечания), как Неттл затерзала Тинталью, вторгаясь в ее сны и во время бодрствования, заставляя отплатить добром ничтожным людишкам, которые перенесли такие страдания, чтобы освободить Айсфира. Тинталья, в свою очередь, уподобившись голубице, загоняющей своего голубя в гнездо, заставила Айсфира явиться в Зилиг, где драконы предстали перед Хетгардом, который никак не мог принять окончательное решение, а затем и на остров Мейл, в Уислингтон.

Там драконы приземлились перед материнским домом Эллианы. Насколько я понял, это привело к некоторым разрушениям, тем не менее огромный Айсфир сумел засунуть голову внутрь материнского дома и на несколько мгновений положить ее перед очагом, полностью выполнив обещание Дьютифула.

Я думал, что Эллиана заявила, что Дьютифул исполнил свое обещание и показал себя достойным ее руки, когда он помог спасти ее мать и сестру.

Меня удивило, что потребовалось вмешательство Тинтальи и Айсфира.

О, Эллиана была совершенно не против свадьбы, она уже давно всем удовлетворена, — ледяным тоном заметил Чейд, и у меня возникло подозрение, что целомудрие Дьютифула не выдержало испытаний. – Возражения исходили от ее матери, что ужасно расстроило Пиоттра. Еще до того, как корабль приплыл в Зилиг, Эртр заявила нам, что она не видит необходимости выполнять договор относительно замужества ее дочери, заключенный мужчинами. Она и думать не хочет, что Эллиана покинет ее дом даже для того, чтобы стать королевой Шести Герцогств. Она нашла тысячи недостатков в договоре, заявив, что в момент его заключения была жива, – следовательно, оставалась нарческой, а мы не спросили ее согласия. Она возражала против того, чтобы Лестра унаследовала титул нарчески; Эртр считает, что девочка не сможет править после нее. А еще ее привела в ужас мысль о том, что дети Дьютифула и Эллианы останутся в Шести Герцогствах.

Ну, против сыновей она не возражала, — вмешался Дьютифул.

Верно, — согласился Чейд. – Она с радостью согласилась на то, чтобы Дьютифул и Эллиана стали… ну… — Он так и не сумел найти приличные слова, чтобы закончить свою мысль.

Дьютифул отнесся к проблеме более прозаически:

Ее мать хотела, чтобы я разделил постель с Эллианой. У нее вызвала возмущение мысль о том, что кто-то может перечить ее дочери, которая сделала свой выбор. И нарческа Эртр предложила, чтобы все наши сыновья отправлялись в Шесть Герцогств, когда им исполнится семь лет.

Они замолчали, чтобы дать мне возможность обдумать слова Эртр. Ее предложение было для нас непригодным. Ни один из герцогов не согласится признать такого ребенка законным наследником.

Ну а теперь? После того, как Айсфир выполнил то, что Эллиана потребовала от Дьютифула?

Это произвело впечатление на нарческу Эртр. Впрочем, трудно проигнорировать существо таких размеров, когда оно вторгается в твой дом и кладет голову возле очага. В особенности когда его шея торчит в двери. – Я прекрасно понял, почему в голосе Дьютифула послышалось удовлетворение этой маленькой местью. – Я полагаю, что она больше не станет возражать. Но даже если у нее и остались какие-то сомнения, среди Хетгарда достаточно людей, которые готовы засвидетельствовать, что мы выполнили свою часть договора. Сейчас они считают, что стать моей женой – честь для Эллианы. «Основать новый материнский дом» – так они говорят.

Как если бы Эллиана покорила Шесть Герцогств, став королевой Дьютифула, – посетовал Чейд.

Однако он явно вздохнул с облегчением. Я предвидел, что в будущем у нас еще возникнут трудности, ведь обычаи Внешних островов сильно отличаются от наших. Если Эллиана сначала родит сына, не будут ли ее родственники возмущены, узнав, что наследником станет именно сын? Я отбросил неприятные мысли. У нас еще будет время решить все наши проблемы.

Ну а как удалось уговорить Айсфира?

Спроси у Олуха. Они с Неттл все это состряпали.

Улыбка исчезла с моего лица. Я должен знать.

Неттл известно о смерти Баррича?

Да. — Ответ Чейда был коротким и мрачным.

Я бы не хотел, чтобы в будущем от меня скрывали подобные новости, — резко вмешался Дьютифул. Я понимал, что он обращается не только ко мне, но и к Чейду. – Поэтому я поступил так, как посчитал нужным. Кроме того, моя мать должна была узнать о случившемся, чтобы она могла позаботиться о семье человека, который так долго и верно служил нам. Но и это еще не все. Когда я встречусь со своей кузиной, я не хочу, чтобы между нами стояли грязные секреты.