*****

Тем же днём, после встречи в универсаме матери с сыном, мама Леонида встретилась с мужем на нейтральной территории, в парке недалеко от мужниной работы. Там она рассказала о неожиданной встречи, начав всё издалека. А именно с того, что она начала следить за Олей, потом вышла на неё и ухажёра, оказавшимся её сыном.

– А теперь главный вопрос. Что нам теперь делать? Выгнать больного? Только куда? В больницу его ведь не вернёшь. Я посмотрела документы с выписки - Григорий Завронский. Как мы могли его перепутать?

Она искренне поплакала, ведь перед мужем не нужно было притворяться и держать лицо. Они столько всего пережили вместе. На жалость давить она не стала. Сейчас были вещи поважнее её личных чувств и переживаний. Тем паче она не хотела, чтобы муж узнал, что матерью хорошей она только притворялась, а не была искренна в своих чувствах.

Семён выслушал жену и погрузился в собственные размышления. Да, сын имеет полное право обижаться. Что до Оли, он был не слепой. Она к тому парню, который был у них дома не испытывала никаких чувств и даже наоборот. Он хотел с ней поговорить, но так и не удалось, а потом они не пересекались. Всё ж заставлять девушку делать то, что ей не по душе не хотелось.

А вот почему она ничего не сказала про то, что это не их сын. Это был вопрос. И когда она узнала про подмену. Но это всё уже в прошлом. Поговорят ещё, выяснят. Действительно, жена озвучила главный вопрос. Что делать с псевдосыном. Не мешает с ним поговорить.

– Ань, смотри, что я думаю. Давай сперва поговорим и узнает обстоятельства того, почему он молчал. Возможно, он от кого-то прячется или ничего не помнит. Такое ведь тоже может быть. У него сломаны ноги и в любом случае, убежать он не может и на улицу выбросить мы его не можем. Есть ли куда ему пойти? Что думаешь ты?

– Хорошо, я согласна. Давай поговорим. Всё же мне кажется, мальчик не совсем пропащий и рисует хорошо.

Муж закатил глаза. Да, жена наивна и тщеславна. Если её хвалят, или льстят, она тает и готова на всё ради того человека. А потом часто плачет. Но он её любил такой. Сколько слёз потом бывает...

Но такую её знал только он.

– Ань, мне пора на работу. Люблю тебя. Давай вечером после работы встретимся и поговорим с "сыном". Без меня не говори, ладно? И вообще остерегайся, мало ли что...

– Как скажешь.

На этом они поцеловались и расстались. Она его мнению доверяла.

После этого стоило отцу Леонида вернуться на съёмочную площадку, как ему позвонил сын. Помнится, в прошлый раз было наоборот и сам Семён вовлёк того в неприятности.

– Да?

– Пап, одолжи мне свой мотоцикл. Срочно!

– Где ты?

Сын был на своём метро, и отец тут же, отпросившись с работы на часок, сел на двухколёсного "коня".

Что-то стряслось, иначе он бы не звонил. Ну что ж за чёрная полоса! Несчастье с сыном, с его девушкой, теперь опять что-то стряслось. Он надеялся, что ещё и незнакомец в их квартире не принесёт им неприятности.

Встретившись с Леонидом, он встревожился не на шутку и предложил свою помощь. После чего не стал больше задерживать сына.

*****

Вечером к Гришке пришли сразу двое родителей. Это настораживало.

– Здравствуй, Григорий, - сказал отец Леонида.

– Ты нам ничего поведать не желаешь?

– Простите, - сказал он своим обычным голосом.
– Я не хотел обманывать. Но вы окружили меня заботой и любовью, которых мне всю жизнь не хватало.

Наживку родители проглотили, но это была правда, оба это понимали.

– Рассказывай. И начни с того, откуда ты знаешь девушку моего сына.

– С Олей нас связывает давняя история. Я был влюблён в неё с первого класса и измывался над нею, стараясь обратить на себя внимание.

– А тебя родители не учили, что девушек обижать нельзя? Их надо носить на руках и лелеять?

– Не учили. Им дела до меня не было. И единственное, что они мне давали, так ругали, когда я что-то натворю. Я и творил, добиваясь хотя бы такой реакции.

– Ладно. Понятно. И?

– Я грезил ею все эти годы, а тут она рядом, так близко. Вы сами сделали за меня всё, попросив её ухаживать за вашим сыном. А она меня боялась. Даже не смотря на то, что не помнила ни меня, ни вашего сына. Я думал, что Леонид обижал её, потому и шарахается она от меня.

Мама закатила глаза. Это объясняло поведение Оли, почему не возразила, но при этом холодно относилась. Она получается чувствовала в больном Гришку. Или наоборот, не видела в нём Леонида. Поверить в то, что сын мог её обидеть, мама просто не могла.