Наконец наступили последние выходные мая, а с ними и финальная игра сезона. Чо и Гарри оказались в центре предматчевых страстей, игриво подтрунивая друг над другом каждый раз, когда встречались в коридорах. Гарри отпускал шуточки на тему медлительности Чо, а девушка озвучивала свои сомнения по поводу того, сможет ли он поймать снитч с его-то привычкой притягивать к себе бладжеры. Подобный взаимный обмен колкостями поначалу шокировал окружающих, особенно когда Гарри и Чо заканчивали свой “обмен любезностями” улыбками. Через некоторое время все свыклись с этими шутливыми перепалками и даже стали находить весьма забавным то, как быстро Гарри и Чо придумывали ответы на выпады друг друга.

К утру субботы напряжение достигло своего пика. Обе команды хотели победить. Гриффиндорцы хотели сохранить своё право на обладание кубком, а рейвенкловцы желали наконец-то заполучить его. Никому не нужно было говорить, что Рейвенкло сделает всё, что в их силах, чтобы выиграть игру. Это означало, что Фреду и Джорджу придётся потрудиться, чтобы уберечь Гарри от бладжеров.

Речь Анжелины перед игрой была короткой и по существу.

— Делайте свою работу, и мы выиграем.

Больше тут сказать было нечего, и все это знали.

Выйдя на поле, Гарри несколько раз моргнул, пока его глаза привыкали к солнечному свету. Стоял погожий день, на небе не было ни облачка, а ветер дул едва ощутимо. Команда Рейвенкло уже ждала их. Гарри и Чо посмотрели друг на друга и кивнули, придя к молчаливому взаимопониманию. Они больше не были друзьями, лишь соперниками. Теперь значение имела лишь поимка снитча.

— Капитаны, пожмите руки, — сказала мадам Хуч, подождав, пока они послушаются. — По мётлам. Три... два... один...

Когда раздался свисток, Гарри оттолкнулся от земли, и Чо не замедлила последовать его примеру. Парень сразу начал искать снитч. Чо расположилась перед ним на расстоянии в несколько корпусов мётлы. По опыту и Гарри, и Чо знали, что от того, кто увидит снитч первым, зависит, кто станет лидером, а кто догоняющим. И никто в их паре не хотел быть в роли последнего.

Им не пришлось искать слишком долго. Посмотрев направо, Гарри увидел золотую вспышку рядом с трибунами Хаффлпаффа и сразу же рванул туда. Чо тоже не отставала. Он почти уже долетел до места, когда снитч вдруг вильнул влево, в сторону шестов Рейвенкло. Гарри последовал за ним, зная, что Чо сидит у него на хвосте. Он прижался к метле, уменьшая сопротивление ветра и увеличивая отрыв от девушки. Гарри почти сделал это, почти схватил снитч... схватил победу...

... когда в него и Чо врезалось нечто вроде сильного порыва ветра, откинув их назад и сбив с мётел. Воздух пронзили крики, когда Гарри и Чо начали падать. Парень знал, что ему нужно действовать быстро. До земли было всего пятьдесят футов. Взмахнув запястьем, Гарри сжал палочку в руке и указал ею на землю. Сосредоточившись, парень вспомнил трансфигурацию, которой научил его Сириус однажды во время летних каникул в Хогвартсе. Крёстному тогда было скучно, и он хотел немного повеселиться. Это могло сработать... нет, это должно было сработать.

Поле под ними медленно трансформировалось из зелённого газона в гладкий чёрный материал и поднялось на несколько метров. Гарри и Чо от столкновения отделяли всего двадцать футов. Гарри сразу же убрал палочку обратно в чехол и притянул к себе дезориентированную Чо, схватив её одной рукой за плечи, а другой — за талию. Затем он переместил своё тело так, чтобы удар пришёлся на него. Десять футов... пять футов...

Стадион погрузился в молчание, когда Гарри, всё ещё крепко державший Чо, ударился о чёрную поверхность. Было похоже на то, словно ловцы на мгновение погрузились в неё, а потом подлетели обратно в воздух. Гарри посмотрел вверх и разжал руку, которая сжимала плечи Чо, чтобы схватиться за протянутую Джорджем Уизли руку. Чо сразу же обхватила его, крепко обняв.

— Ты не можешь обойтись без выкрутасов, да? — ухмыльнувшись, спросил Джордж.

Гарри улыбнулся. Только близнецы Уизли могли шутить в подобные моменты. Вскоре подлетел Фред, несся с собой гаррину Молнию, и капитан команды Рейвенкло вместе с метлой Чо. Мадам Хуч дунула в свисток, объявляя тайм-аут, пока ловцы пересаживались обратно на свои метлы. Обе команды окружили их, чтобы убедиться, что с ними всё в порядке. Настояв, что он в норме, Гарри посмотрел в сторону трибун, где сидели преподаватели, и увидел встревоженные лица Сириуса и Ремуса. Он беззвучно сказал им “я в порядке”, но не стал скрывать свою лёгкую нервозность. Что бы это ни было, Гарри сомневался, что на подобное был способен кто-то из учеников. Сириус и Ремус слегка расслабились, но они трое знали, что эта тема была ещё далеко не закрыта.

Убедившись, что с Гарри и Чо всё в порядке, команды возобновили игру. Ловцы же, вновь заняв свои позиции, посмотрели друг на друга. Чо всё ещё немного дрожала, но всё же улыбнулась Гарри и одними губами прошептала: “спасибо”. Парень кивнул и вернул улыбку. И они снова занялись поисками снитча. В этот раз Чо увидела золотой мячик первой и рванула с места, преследуемая по пятам Гарри, прямиком к трибунам Гриффиндора. Парень вскоре нагнал Чо, и дальше они летели бок о бок.

Когда они уже почти настигли его, снитч резко изменил направление, вильнув вправо, что на мгновение дало Чо небольшое преимущество. Гарри быстро исправил это и даже вырвался вперёд. Расстояние между ними и снитчем быстро сокращалось. Гарри уже было вытянул руку, как снитч вдруг метнулся вверх. Парень раздражённо застонал и последовал за ним. Он быстро поднялся вслед за мячиком и снова выкинул руку, на этот раз почувствовав, как протестующе затрепыхался в его руке маленький мячик.

Толпа радостно взревела, когда Гарри поднял руку с зажатым в ней снитчем. Мадам Хуч свистнула, сигнализируя о конце игры. Все быстро приземлились на поле, которому уже вернули прежний вид. Команда Гриффиндора кинулась к Гарри, поздравляя его, в то время как рейвенкловцы вели себя сдержано, явно разочарованные исходом игры. Когда все побранили Гарри за то, что он испугал их до полусмерти, команды Гриффиндора и Рейвенкло поздравили друг друга с хорошей игрой. Гриффиндорцам вручили кубок, и они сразу же направились в свою башню, где должна была состояться вечеринка, грозившая продлиться до поздней ночи.