– Анко! Карин! Спасите! Меня похищают! Эта дикая куноичи тащит меня на кухню с самыми подозрительными целями! Я не хочу быть котлетой!!! Девчааатаааа!!!
– Последний вопль донёсся уже из кухни, а вслед мне звучал гомерический хохот девушек.

***

Наруто и Сакура скрылись за поворотом улочки примыкавшей ко входу в квартал Учих и радостная улыбка медленно сползла с лица Митараси Анко. Девушка опустила взгляд и так чтобы это не выглядело со стороны слабостью, сложила руки на груди, реально же с силой сжав предплечья, дабы не выдать внутреннюю дрожь. С каждым днём на сердце специального джоунина становилось всё тревожней и когда она оставалась одна мысли упорно возвращались к произошедшему в Лесу Смерти.

Орочимару...

Перед зажмуренными глазами девушки вспыхнула довольная улыбка "Белого змея" и чуть прищуренные зелёные глаза с вертикальным зрачком, а в ушах как будто вновь зазвучал его голос. Плечи Анко передёрнуло. Она не хотела этого признавать, но ей было страшно, до третьего этапа экзамена остались считанные дни и всё нутро девушки кричало, что именно тогда произойдёт что-то страшное, что-то, что может отнять только-только обретённую...

Анко мотнула головой, обрывая мысль. В "этом" она не хотела признаваться ещё больше, даже самой себе. Хотя скорее просто боялась, боялась накаркать и опять обмануться. Вздохнув, девушка оглянулась на квартал Учих. Там сейчас оставалась только Карин, отказавшаяся идти с ребятами, вместо этого заявив, что хочет разобраться с парой свитков, хотя реально скорее просто не захотев навязываться. И ещё парочка теневых клонов Наруто, которых тот держал чуть ли не круглосуточно, лишь иногда меняя на свежих, чем первые пару недель приводил Анко в откровенный, хоть и тщательно скрываемый, шок. Правда потом шок не прошёл, просто как-то раз девушка узнала что ещё штук двадцать ежедневно штудируют библиотеку Хокаге... Анко ещё раз вздрогнула, вспомнив свои ощущения от этого откровения и грустно улыбнулась.

Постояв следующие пару минут в тишине, девушка тяжело выдохнула и зашагала прочь от ворот квартала Учих.

Спустя около двадцати минут, Митараси Анко вошла в комнату отдыха рядом с кабинетом Хокаге и неуверенно остановилась. Сарутоби Хирузен сидел спиной к ней на небольшом диванчике и, казалась полностью погрузившись в себя, задумчиво разглядывал портреты прежних Хокаге висящие на противоположной стене. Традиционный головной убор Каге покоился на столе перед своим хозяином, а бессменная трубка третьего Хокаге, потухнув, лежала в стоящей рядом пепельнице. Сейчас глаза старика были прикованы к портрету изображающему молодого светловолосого мужчину, что тринадцать лет назад был всемирно известен как Жёлтая Молния Конохи и до сих пор считался сильнейшим из всех Каге деревни со дня её основания. Невольно Анко тоже задержала взгляд на этом портрете, но совладав с собой всё же оторвала его от насыщенно голубых глаз четвёртого Хокаге и несмело обратилась к Третьему:

– Хокаге-сама...
– Хирузен оторвался от своего занятия и повернул голову к вошедшей. Лицо его было угрюмым и усталым, без малейших следов обычной улыбки. Плечи Анко чуть поникли.
– Я... Я прошу прощения...

– Всё ещё злишься, что вернулась живой из Леса Смерти?
– Неожиданно спросил старик отворачиваясь и прикрывая глаза. Митараси вздрогнула и опустила голову.
– Не переживай так... Больше вас с Орочимару ничего не связывает... И... Всё равно, сейчас в селении нет шиноби, способного справится с ним... Даже включая меня.

– А Наруто?

– Наруто...
– Голова старика чуть склонилась.
– Даже если Наруто сумеет одолеть Орочимару, высвободив мощь девятихвостого... деревня этого не переживёт. Но...
– Хирузен замолчал, а Анко напряглась приготовившись услышать что-то неприятное.
– Если быть откровенным, то боюсь даже силы Кьюби не хватит чтобы убить моего бывшего ученика.

Плечи Анко окончательно поникли, а правая рука непроизвольно потянулась к проклятой печати. За последний месяц та ни разу не болела и даже наоборот, несколько раз демонстрировала новые, на удивление приятные свойства, но старые привычки были сильны и Анко ещё была морально не готова изменить своё отношение к ней.

– Если бы Четвёртый был жив...
– Тихо произнесла девушка.

– Не надо...
– Едва заметно повысив громкость голоса прервал её Хирузен.
– Он и так отдал жизнь за спасение селения... Тринадцать лет прошло с тех пор. Его больше нет с нами. И нам следует полагаться лишь на собственные силы, не сожалея о невозможном.

– Да...

– Не вини себя. Лучше скажи, как там Наруто?

– Сейчас он вместе с Харуно Сакурой пошёл навещать третьего члена команды - Учиху Саске, а за одно и Какаши...

– Я спросил не что он делает сейчас, а как он вообще. Ты же, насколько я знаю, теперь живёшь с ним под одной крышей.
– Третий Хокаге вновь скосил взгляд назад, наблюдая за реакцией девушки.

Если до этого момента Анко была расстроена и подавлена, то теперь очевидно смутилась и непроизвольно отвела глаза в сторону.

– Я... Я не знаю. Он...
– Под внимательным, но ничуть не насмешливым, взглядом старика напряжение немного отпустило Митараси и она, как будто прыгая с обрыва, начала сбивчиво, но абсолютно искренне рассказывать: - Он ведёт себя как ребёнок, но... иногда я чувствую себя рядом с ним как будто это я маленькая девочка, а он взрослый и умудрённый жизнью шиноби... он так... бывает так смотрит, ну... таким понимающим взглядом... совсем как родителя иногда смотрят на детей. И в такие моменты я себя чувствую... не знаю...
– Анко совсем опустила голову, уткнув взгляд в пол.
– Хокаге-сама, а Четвёртый тоже таким был?

– Четвёртый...
– Отвернувшись, Хирузен взял трубку, но набивать её не стал, вместо этого начав задумчиво разглядывать узоры на потемневшем от времени дереве.
– Об этом тебе лучше спросить у Какаши... Но если хочешь моё мнение... Минато Намикадзе был сложным человеком. Очень добрым и отзывчивым по отношению к жителям деревни и особенно своим друзьям, но при этом абсолютно безжалостным к врагам... Наруто сейчас сильно напоминает его, хотя как по мне, Минато всё же был скромнее... да, скромнее... Но не обращай внимания, это всего-лишь старческая болтовня.