Кивок. В уголках серебряных глаз появилась влага.

– Тогда поверь мне, ты с ним справишься. Чтобы кто другой тебе не говорил, ты сильная и ты точно сильнее Нейджи. Верь в себя и сражайся так же как на наших тренировках. И тогда ты точно победишь.
– И наклонившись к самому уху девушки, тихо добавил: - Главное помни, он видит тенкецу и возможно владеет шестьюдесятью четырьмя ударами небес и Кайтеном.

– Наруто-кун, ты правда веришь что я его одолею?
– Широко распахнутые глаза смотрели на меня с нетерпением, ожиданием, надеждой и страхом. И не осознавая этого, Хината сильно сжала мне руки.

– Я не верю в это, я это знаю.
– Тепло улыбнулся я, гладя как в её глазах скапливается влага, а на лице расцветает робкая улыбка. Ободряюще сжав её ладонь, я кивнул на арену и получив ответный решительный кивок, направился к лестнице на второй ярус. Проходя мимо уже спустившегося Нейджи, едва слышно прошептал:

– Не делай того, о чём потом пожалеешь.
– Нейджи помолчал, ничем внешне не выказав, что меня услышал, впрочем вспышку злости я всё равно почувствовал.

Противники заняли свои места, друг напротив друга, Кибу уже унесли, а я поднялся на своё место и встал рядом с Саске.

– Я не вижу Тэн Тэн, с кем она дралась?

– С девчонкой из Песка.
– Лаконично ответил Саске.

– Ясно. Поздравляю с победой.

– Пф...

Вопросов о моём долгом отсутствии никто не задавал, только Сакура покосилась на мокрые волосы. В целом же, все были слишком увлечены предстоящим боем.

– Никогда бы не подумал, что придётся сражаться с вами Хината-сама...
– Сжав руки в кулаки произнёс Нейджи.

– Мне тоже жаль что так случилось, брат Нейджи...

– Хм? Они разве брат и сестра?
– Удивлённо повернулась к нам Сакура. Вернее она повернулась скорее к Какаши, который стоял за нашими спинами, но ответил я.

– Двоюродные. Клан Хъюга делится на две ветви, главную и младшую, отцы Хинаты и Нейджи были близнецами, первым родился Хиаши, отец Хинаты и стал наследником, а позже и главой клана. В тоже время отец Нейджи попал в младшую ветвь, не имею ни малейшего понятия как там у них происходит распределение, но несколько лет назад он погиб, обстоятельств я не знаю, но помню, что тогда был праздник, кажется по случаю мирного договора с Молнией. Естественно, Нейджи принадлежит младшей ветви.

– Вот как... Сложно им наверно будет драться друг с другом.

– Ты права лишь отчасти, Сакура. Для Хинаты это действительно будет тяжело, но вот для Нейджи нет. Насколько я знаю, положение представителей младшей ветви в клане Хъюга, оставляет желать лучшего. Как это часто бывает, в кланах с улучшенным геномом, чтобы сохранить чистоту крови, в клане Хъюга, был создан рад правил, ставящих главную ветвь в куда более выгодное и привилегированное положение, естественно это очень задевает представителей младшей ветви.

– Ясно.
– Протянула Сакура.
– Значит младшая ветвь терпеть не может главную.

– А ты много об этом знаешь, Наруто.
– Заметил молчавший до этого Какаши.

– Какаши-сан, только не надо делать вид, будто бы вы не в курсе моих тренировок с Хинатой. Естественно мы разговаривали не только на тему тайдзюцу.
– Ехидно ответил я.

Внизу наконец объявили начало боя, всё таки они страшные показушники. Сперва назначить очередную пару, когда ещё прежние бойцы на арене, а потом выдерживать драматическую паузу, чтобы все прониклись моментом. Я с силой сжал перила, от чего метал слегка погнулся и принял форму моих рук. Что бы я ни говорил Хинате, я за неё волновался и даже осознание того, что убить её Нейджи никто не даст, в первую очередь я сам, но страх за девушку никуда уходить не собирался. Непроизвольно, я ускорил течение чакры в организме, вдобавок смешав её с чакрой Къюби, Саске, во очередной раз, активировавший свой Шаринган это заметил и несильно пихнул меня локтем. Благодарно ему кивнув и прикрыв глаза, я запрятал чакру девятихвостого обратно в печать, однако скорость течения собственной чакры оставил на прежнем уровне.

– Прежде чем начать сражение, я хотел бы кое что сказать Хината-сама.
– Заговорил Нейджи, а внутри него всё отчётливее разгорался огонёк ненависти. Было похоже, что парень сам себя накручивает, видимо драться с Хинатой ему тоже не особо хотелось, хотя он и пытался это отрицать.
– Из вас не выйдет хорошего шиноби. Сдавайтесь!
– Для Хинаты эти слова прозвучали как пощёчина, хотя внешне она этого совсем не показала, но внутренне сжалась.
– Вы слишком мягкая. Мечтаете о гармонии и избегаете конфликтов. Всегда соглашаетесь с другими и идёте у них на поводу. Вот и сейчас, Вы стоите передо мной из-за слов этого безродного неудачника, позволив ему убедить себя в том, что победа возможна.
– На моём лице появилась жёсткая улыбка. Зря ты это сказал парень. Всю неуверенность и смятение, что ещё оставались в душе Хинаты, смыло волной злости и негодования, её кулаки чуть сжались и расслабились, а в глубине глаз поднялась холодная решимость. Но Нейджи этого не заметил, видимо решив, что дрожание рук Хинаты это признак слабости.
– К тому же, Вы совершенно не верите в себя. Это очень хорошо заметно со стороны, особенно мне, как вашему брату. Всю жизнь, Вы всегда сдавались, в самый ответственный момент теряя веру в себя, Вы знаете, что вам лучше остаться генином, но экзамен на чунина проходят только втроём. Вы не смогли отказать своим товарищам по команде и пришли на экзамен против своей воли. Я прав?

– Нет.
– Тихий, но твёрдый голос Хинаты разнёсся по залу, вызвав немое изумление у стоявшей в четырёх метрах от меня Куренай.
– Я всегда хотела измениться, сделать что-то сама... Перестать убегать... Поэтому я пошла на экзамен. Чтобы стать сильнее.

– Хината-сама, Вы всего лишь избалованная представительница главной ветви. Людям не дано изменить себя! Неудачники останутся неудачниками, а характер и сила навсегда останутся прежними. Точно так же нельзя изменить и то, что я принадлежу к младшей ветви, а Вы к главной. Мой Бъякуган видел много подобный вещей... Поэтому я знаю! Вы просто притворяетесь сильной! А в глубине души просто хотите сбежа...
– Но Нейджи вдруг осёкся.