«На что ты надеешься?» — улыбнулась она Никосу и привычным движением обняла его. Никос с некоторым опозданием обнял её в ответ. Как Люк и предполагал, Крей была безукоризненно одета и выглядела прекрасно в своём чёрно-белом платье, с которым контрастировал яркий шарф, живописно повязанный на соломенных волосах.

«Надеюсь, что ты не откажешь составить компанию Люку и Трипио, которые собираются отправиться к туманности Лунный Цветок, чтобы исследовать всё, что будет достойно внимания. У Люка есть план действий».

«Да, но я…» — она умолкла на полуслове. Люк понимал, что Крей считала своей первостепенной задачей продолжение работы по реабилитации и восстановлению подлинного человеческого облика Никоса, проводимые совместно с Томла Элом. Но она сдержала себя и озабоченно взглянула на Люка. «В чём дело, Люк? Что это за поле произвольных чисел, о которых мне рассказал вчера Никос?»

«Может быть, это ничего ещё не означает, — Люк поднялся, выключил монитор и положил распечатку в боковой карман. — Ты, Крей, и ты, Никос, — вы оба прибыли сюда с определённой целью, чтобы… помочь тебе, Никос. Это не…»

«У вас ведь тоже была своя работа на Явине, — возразила Крей. Её карие глаза встретились с его взглядом. — И всё же вы приехали сюда вместе с нами».

«Там может оказаться много непредвиденного, — Никос тронул Люка за плечо, — Соперничающие между собой части имперского флота представляют определённую опасность, а Принцы Старых Династий в Секторе Сенекс, пытаясь ухватить кусочек власти, всё время выдумывают что-нибудь новенькое. Попросите Умво Мулиса дать вам корабль побольше».

Внешнее Кольцо. Много лет назад Люк описал мир своего детства — Таттуин, находящийся в этом почти необитаемом районе Галактики, как точку, более других удалённую от яркого Центрального Скопления. С тех пор он видел такие места, по сравнению с которыми Таттуин выглядел как Корускант во время Карнавальной Недели, но его первоначальное определение не изменилось… и то же самое можно было сказать относительно большинства других миров Внешнего Кольца.

Пятнистые ярко-красные крошечные солнца управляли хороводами замороженных шаров метана и аммиака. Другие звезды, огромные, источали такой жар, что их планеты давно превратились в расплавленные магматические капли. Мёртвые, навсегда замолчавшие пульсары, служившие некогда для кого-то навигационными радиомаяками, поддерживали вращение окружавших их невероятных миров, возникших в результате различных катаклизмов. Карликовые новые системы из двух почти соприкасающихся и сильно взаимодействующих маленьких звёзд периодически обрушивали мощные потоки излучения от повторяющихся вспышек на безжизненные поверхности своих общих планетоподобных спутников.

Повсюду в Галактике было множество необжитых планет, не имеющих даже собственного имени, огромных шаров из каменистых пород и самородного металла, слишком раскалённых, чересчур холодных или подвергавшихся постоянному воздействию радиации.

Лея когда-то говорила Крей о том, как велики расстояния в космосе, где легко потерять или забыть целые системы, сектора, если долго не возникало необходимости туда отправиться. В зоне Внешнего Кольца Император никогда не уделял слишком много внимания вопросам местного законодательства.

Бронированный крейсер-исследователь «Охотничья Птица», который иторианцы предоставили Люку, вышел из гиперпространства на безопасном расстоянии от светящегося облака пыли и ионизированных газов, обозначенного на карте как Туманность Лунный Цветок.

«Вы уверены, что произвольные координаты относятся именно к этому месту? — Крей задумчиво изучала информационные данные по трём экранам, расположенным под основным иллюминатором.
– Этого даже нет в Регистре. Может быть, это координаты, например, для Системы К Семь Сорок Девять? Это всего на расстоянии нескольких парсеков, и там есть, по крайней мере, одна планета Пзоб…» Она прочитала появившееся на экране: «Населена разумными существами и… Возможно, там и была база Императора, хотя об этом и не сообщается».

«Да, она обитаема, — подтвердил Люк, нажимая одной рукой на клавиши пульта управления и глядя на меняющиеся изображения на центральном экране. — Но она была колонизирована много лет тому назад — ещё в дни существования гаморреанцев, — одному богу известно, когда и зачем. Любому, кто захотел бы создать здесь постоянную базу, пришлось бы потратить огромные средства на обеспечение безопасности».

«Самые неприятные люди — это гаморреанцы, — важно добавил Трипио, сидевший рядом с Никосом в пассажирском отсеке. — С ними было весьма сложно иметь дело. Программа нанесения визитов на Гаморр состоит лишь из одной строчки: „Не посещайте Гаморр“. Это действительно так».

Туманность улавливала свет окружающих звёзд и тускло светила из глубины, указывая на то, что где-то в этом огромном пространстве прячутся несколько солнц. Их лучи рассеивались густыми облаками пыли, так что почти ничего невозможно было разглядеть. «Данные указывают на большое количество рассеянной материи», — сказал Люк, изучая расположенный перед ним дисплей.

Он прикоснулся в переключателю, и на одном из маленьких экранов появилась некая схема. Один участок этой схемы был усеян пятами и точками, похожими на крупную и мелкую гальку, высыпанную в песок.