«Да, — ровным голосом повторил Джевакс, — они здесь были».

Он вновь сосредоточился на подъёме, пробираясь сквозь нависшие ветви, усыпанные сладкими ягодами и предупредительно отводя их в сторону перед идущими следом Леей, Хэном и замыкающим шествие Чубаккой. В тёплой влажной атмосфере Плавал Рифта деревья росли на каждом выступе поднимавшихся вверх естественных скалистых платформ. Среди тёмных листьев и серого мха, свисавшего со скал, виднелась гибкая виноградная лоза. Ярко выделялись кроваво-красные сладкие ягоды.

Лея повела плечами, испытывая неприятное чувство от прикосновения к телу её белой, свободно сшитой одежды. Липкая жара была здесь намного сильнее, чем на Иторе. Ощущалась большая влажность, но неприятный сернистый запах, оставшийся внизу, несмотря на очистные установки, почти исчезал здесь, в этой густой зелёной свежести листьев. Трудно было представить, что всего в ста пятидесяти метрах над головами поднимающихся людей свистят ледяные ветры, и что ледники там толще стен и выше башен многих городов.

Действительно, глядя вверх, можно было видеть лишь различные оттенки зелёного цвета, а также все разнообразие орхидей и фруктов разной величины, формы и зрелости, но все это великолепие смягчалось и скрадывалось вездесущим плотным туманом.

«Вы их помните?» На пути в Бельзавис она просмотрела статистические данные по населению этой планеты. Выходило, что в семь лет млуки считались уже подростками, а в тридцать лет -стариками. Джевакс, должно быть, был совсем ребёнком, когда Джедаи ушли отсюда. Белые длинные волосы, искусно заплетённые в косы, спускались по его плечам.

«Не совсем», — прозвучал ответ. Джевакс, не отличавшийся ростом среди соплеменников, был выше Хэна, и это было бы ещё заметнее, если бы он держался прямо. Вместо этого его тело было наклонено вперёд, так что длинные руки почти касались согнутых колен. На нём было много драгоценностей и переливающихся голубыми и серебристыми оттенками украшений из раковин, вывезенных из Эридау. Серьги из раковин красовались в мочках ушей… Напоминающие саронг штаны выделялись своей двухцветной красно-чёрной окраской. Как и все жители Плавала, он носил чёрные резиновые надувные ботинки, похожие на те, которые изготовлялись в Саллусте и продавались почти в каждом уголке галактики. Но они казались странными на этом нелепом, обросшем волосами существе. На ботинках были яркие оранжевые заплатки.

«Понимаете, прошли годы, прежде чем кто-либо из нас вспомнил, что здесь когда-то были Джедаи».

«Выходит, им было нужно сохранить все это в тайне, — Лея незаметно подтолкнула Хэна. — Может быть, они воздействовали на ваш мозг?»

"Думаю, что да. — Джевакс опять завернул за угол, и они миновали ещё один виток лестницы. На пути попадались все те же деревья и скальные выступы, и Лея отметила, как внимателен Чубакка — он был готов к отражению любой внезапной опасности. Окружавший их туман начал развеиваться, и бледность дневного света показалась слепящей после призрачного мрака подножия утёсов. Матово-серые очертания растений обозначили край утёса впереди — самого высокого уступа лестницы, по которой они поднимались.

«Не могу припомнить, что именно они делали, — продолжал Джевакс, с удивлённым видом потирая голову. — Моя мать тоже этого не помнит, а мне тогда было только три года. — Он улыбнулся. — Странно становится, когда пытаешься оглянуться назад. Уже десять или двенадцать лет не только я, но и другие не помнят их совсем, хотя руины Дома Плетта ясно свидетельствуют о том, что он жил здесь не меньше семидесяти лет до того, как другие Джедаи привезли и спрятали здесь своих жён и детей. Некоторые вспоминали позднее какие-то незначительные вещи, подчас не совсем совпадавшие с тем, что было известно другим. Это похоже на то, как если бы…»

Он покачал головой, пытаясь объяснить то, что он имел в виду. «Похоже, что мы в течение многих лет просто не думали о нашем прошлом».

«Я знаю людей, которые живут именно так», — заметил Хэн. Лея подумала, что значительную часть своей жизни он был одним из них.

«Конечно, это не означает, что мы не должны размышлять о настоящем и будущем, — продолжал Джевакс. — Джедаи, упокой, Господи, их души, понимали это».

Последний виток лестницы поднял их выше уровня тумана. Воздух здесь был изумительно чистым. Стало заметно теплее. Лёгкий ветерок развевал волосы Леи, шелестел в сероствольных деревьях, которые величавым заслоном вставали на краю утёса. Зеленовато-серое море листвы с летающими над ней яркокрылыми птицами и насекомыми осталось внизу.

Лея подняла вверх голову и застыла от изумления.

«Мы думаем, это сделали Джедаи», — с затаённой гордостью проговорил Джевакс.

От чёрного камня ребристых вулканических утёсов поднимались вверх ферма с колоннами толщиной в рост человека. Грациозные как птицы, эти конструкции парили над туманом и растительностью. Каждая кристаллическая грань узорчатой плексигласовой крыши, опиравшейся на них, находилась под углом, чтобы улавливать и умножать самые незначительные отблески слабого солнечного света.