Шрифт:
Она и сама теперь всё реже обращалась к врачам – поистине, искренние молитвы имели целебное воздействие на организм. К тому же, Игорь всё ещё ревновал её к доктору Рябинину. Он не говорил об этом открыто, но Элина чувствовала его настроение каждый раз, когда ей нужно было посетить кабинет Сергея Алексеевича. Она не ушла от него к другому врачу, уступив его просьбе. Он сам попросил её не отдаляться совсем, возможно, в надежде когда-нибудь растопить её сердце. Она согласилась, но посещала его крайне редко.
Вернувшись и к мужу, и к прежней работе, она окончательно вошла в колею.
Тогда же, около года назад, у Сергея Николаевича и Ольги родился сын. Став «молодым» отцом почти в пятьдесят семь лет, Вересень окончательно примирился со своим зятем, и даже сделал его своим заместителем. Ирина же Германовна так и не простила Игорю любви своей дочери к нему. После примирения Элины с мужем она снова потеряла над ней свой неуёмный материнский контроль, но зато освободила свою энергию для новой и страстной любви… Её избранник оказался намного моложе, но Ирину Германовну этот факт вовсе не смутил, тем более, имя его было созвучно с именем её бывшего супруга…
Антон закончил уже восьмой класс, и гордился, что его родной дядя, которого назвали Арсением, младше своего племянника на целых четырнадцать с половиной лет!
***
…Воскресный летний день выдался солнечным и жарким. Выйдя из церкви, Элина решила зайти в салон красоты, где работала её школьная подруга Людмила. Они не виделись уже давно – Элина обычно посещала другой салон, который был недалеко от её дома, но сегодня решила заглянуть по пути к Людмиле.
– Ой, пропащая душа! – Людка радостно улыбалась во все тридцать два зуба, - Заходи, рассказывай!
– Да чего мне про себя рассказывать, - рассмеялась Элина, - у меня, как всегда… Всё бегом, всё пролётом. Лучше расскажи, что у вас? Как Маринка?
– Ты что, не в курсе? – Людмила подозрительно посмотрела на подругу, - Она ж со своим развелась.
– С кем?! – от услышанной новости, Элина округлила глаза, - С Витюсиком?!
– Ага, с Витюсиком. Гульнул Витюсик на стороне, да там и остался.
– Да ладно… - Элина недоверчиво усмехнулась, - Маринка ж его под таким каблуком всегда держала…
– Не удержала. Ушёл Витюсик, и глаз не кажет.
– Ничего себе… Я думала, он у неё святой.
– Угу. Ангел. Так и улетел на крыльях.
– Да… Не ожидала… А Маринка-то как?
– А Маринка теперь волком воет. И ходила за ним, и уговаривала, и угрожала… А он – нет, и всё… У него теперь любовь. Да так ей и надо. Пусть теперь сама хлебнёт…
– То есть?.. – Элина удивлённо уставилась на Людмилу, - Ты о чём?
– Да это же она десять лет назад мне все уши прожужжала, чтобы я с Лёнькой своим разошлась. Всё его с Витюсиком своим сравнивала… Витюсик-то и шить, и вышивать, и деньги зарабатывать, а мой Лёнька только на диване валяться и пиво пить…
– А разве не так было?
– Да так, так… - подруга нахмурилась, - Всё так, Эля… Да только я дура слушала её… позавидовала… Думала, что другое счастье встречу. Лёньку выгнала, а счастья-то так и нет…
– Ты же не виновата…
– А кто? – Людмила невесело усмехнулась, - Я и виновата. Думала, другие лучше. А у других у всех – свои тараканы. Лёнька-то хоть свой был, родной… Я ведь до сих пор его люблю… Остальные – так… приложение без любви. А без любви, сама понимаешь… Хоть самого золотого мужика дай – а нету к нему чувства, и будешь искать изъяны. Тот жадный, этот – кобель… Я вот иногда думаю, да лучше бы я с Лёнькой так и жила. Меня он не обижал, дети – общие… Да пусть бы лежал себе на диване! Он же не гуляка был… Ну, ленивый… ну, и что. У меня после него, знаешь, сколько лодырей-то было?! Да лучше бы я с ним одним жила! Глядишь, и не спился бы, и не зарезали бы его в пьяной драке.
– Может, ты и права…
– Права, конечно. Уж кому знать, как не тебе. Как у вас-то с Игорем? Нормально всё?
– Как обычно. Живём…
– Счастливая ты, Элька. Хоть я раньше тебе другое говорила… а вот сейчас скажу – счастливая ты. И плевать, что он у тебя дурак. Зато – свой, любимый… А от своего и слёзы не такое горькие…
– Слёзы всегда горькие.
– Не скажи…
…Элина не стала спорить с подругой по поводу «дурака».
А в остальном – всё правильно. У каждого своя дорога, своя судьба. Кому-то дороже деньги и личный комфорт. А кому-то – любимый человек. Со всеми его привычками и недостатками…
Просто потому, что без него всё остальное не имеет значения.
Просто потому, что он – единственный…
Эвелина Пиженко. Март 2015г.