— Че нам плохо было вчетвером? Сначала эта, — ткнула пальцем в Рузаеву. — теперь ты. Но у тебя еще есть шанс все исправить. Танюш, может ну его, а?

— Неет. — замотала головой подруга. От ее жеста меня затошнило.

— Ну и хрен с тобой!!! Тогда желаю, что бы всю оставшуюся жизнь ты была счастлива!

Мы выпили, и Алина предложила развлечься. Суть первого конкурса состояла в том, чтобы перечислить как можно больше отговорок, которыми пользуются мужчины. Выиграла, конечно, Катька. Среди всех присутствующих она одна была замужем. Потом тамада заставила нас бегать с воздушными шариками, прыгать в полиэтиленовых пакетах. Потом выстроила нас в две шеренги и заставила вилкой передавать друг другу яйца. Слава богу, когда Светка уронила одно на мои новые кеды, выяснилось что яйца вареные. Разрешив нам наконец-то перекусить, этот монстр развлечений заставила каждую написать воспоминание с участием невесты, и мы, с Катькой и Светкой, чуть не подрались. Воспоминания то одни на всех. Пока мы самозабвенно излагали свои истории, Алина не забывала подливать нам горячительное. Поэтому когда Светка рассказывала, казалось бы, веселую школьную историю, мы все рыдали от умиления. Тамада, вовремя сообразив, что праздник перетекает в попойку, предложила взбодриться и сыграть в «Репку». Следующий час мы ржали как сумасшедшие. Сначала, когда Светка натянула до груди, трико с оттянутыми коленками. Ей выпала честь быть дедом. Потом когда Катьке вручили мышиные уши, хвост и почему то красный клоунский нос на резиночке. Слава богу, мне досталась роль бабки, и я красовалась в длинной юбке поверх джинсов, и ярком платке, завязанном узлом на лбу. Но крайней точкой этого безумия стали попытки пьяной Ольги произнести «Борменталь! Сто грамм и огурец!». Сказку пришлось остановить из-за невозможности Жучки проговорить свои слова.

— Ну, что — продолжала вещать тамада, когда мы уселись за стол — Я хочу передать слово Анне. Анют, поздравляй.

— Совсем скоро настанет самый торжественный и важный день в твоей личной жизни — день бракосочетания. Это главный шаг в жизни, он крайне трудный и ответственный. И поэтому я хочу тебе пожелать, чтобы ваши семейные отношения всегда были безоблачными и счастливыми. Желаю вам уважать и любить друг друга до самой последней минуты жизни…

— Еб…ть, я ща усну. — шепнула Катька и уныло посмотрела на говорившую

— …Запомни эти слова: именно от тебя, моя дорогая, будет зависеть погода в вашем доме! И поэтому постарайся быть для своего мужа надежной опорой, преданным другом, проявляй к нему понимание и заботу, поддерживай его в любых ситуациях…

— Может, пойдем, свежим воздухом подышим? — предложила я

— Пошли.

— …Пусть вашу семью будут обходить стороной все невзгоды и беды…

Похоже, Анна останавливаться не собиралась, и мы, не снимая своих театральных костюмов, выскользнули из банкетной.

— Надо позвонить в агентство и подтвердить заказ, а то не приедут наши голопопенькие подарочки.

— Надо-надо! А то еще чуть-чуть и нас можно будет выносить.

Катюха стояла на крыльце, широко раскинув руки и наслаждаясь свежим июньским воздухом. Хоть бы нос клоунский сняла, что-ли? Окна ресторана были большими, поэтому я неспешно разглядывала посетителей. Компания молодых людей что-то весело обсуждала, и то и дело поднимала бокалы. Девчонки-официантки устало сновали между столиками. Несколько захмелевших посетительниц вращали телесами на «танцующем» танцполе, я вспомнила историю годичной давности и хихикнула. Но тут я увидела его. В углу зала, за небольшим столиком сидел Даниил. Напротив него молодая симпатичная блондинка. Я не видела ее лица, но это было и не нужно. Парень с такой любовью смотрел на нее, что у меня заболело в груди. Пока я, как дура, пыталась разобраться в себе, прозорливая девушка не теряла времени даром. И тут подкатила волна злости. Ярости, за то, что меня обманули. Ведь он наврал мне, сказав, что будет у мамы. Значит и командировки, скорее всего не было. И пока я, как идиотка, скучала по нему, он развлекался с этой блондинкой. А я ведь просила только об одном, не лгать. Значит, вопрос с приглашением на свадьбу только что решился сам собой. Но так просто ему это с рук не сойдет.

Я решительно шагнула к двери, но меня остановила Катя. Видимо проследив за моим взглядом, она поняла, в чем дело.

— Валь, не стоит

— Стоит, Кать. Дай я пройду.

— Валь, ты щас наворотишь, а потом сама жалеть будешь. Не надо.

— Кать, дай пройти. — это все что я смогла выдавить. Ярость во мне полыхала огнем.

— Не с…

— Убери руки, я сказала. — завопила я.

И тут подруга залепила мне звонкую пощечину. Я перевела взгляд на нее, и гнев вырвался наружу. Я попыталась ударить ей в нос, но Катька вовремя отклонилась. Я только мазнула пальцами по лицу и сдвинула поролоновый нос на щеку. Она схватила меня за руку, а я вцепилась ей в волосы. Обхватив меня за талию, Катька попыталась провести какой-то прием, и сделать подсечку, но ей помешала моя юбка. Длиной в пол, она не давала зацепиться за мою ногу. Я тянула подругу за волосы и пыталась вырвать свою руку. Не знаю, чем закончилась бы эта потасовка, но нас расцепили. Меня как сумасшедшую оттащили от подруги. Вокруг собралась толпа зевак, а на крыльце, прикрывая грудью блондинку, стоял Даниил. Я готова была разрыдаться. Державший меня вышибала отпустил мои руки, и я посмотрела на подругу, она, встретив мой взгляд расхохоталась. Ее «уши» лежали на асфальте, а поролоновый нос висел у виска. Толпа недоуменно уставилась на нас. Мне стало стыдно. Стыдно за то, что из-за своей глупости, и страхов я подралась с лучшей подругой. Что попыталась выбросить накопившееся на близкого человека. Стыдно, что не смогла вовремя понять, что чувствую и потеряла любимого. И просто за то, что я такая дура. Я подтянула полы платья и рванула в ресторан, чтобы не разрыдаться у всех на виду.

Я заскочила в техническое помещение и плюхнувшись на пол, заревела. В ресторане играла музыка, а значит, меня никто не услышит. Я рыдала среди ведер и швабр. Мне было жалко себя, меня предали. Ведь я просила так мало, просто быть со мной честным. А потом я рыдала от ненависти, ненависти по отношению к себе. Я накинулась на человека, который всегда меня поддерживал. Даже всю мою ярость подруга приняла на себя, не дав совершить мне еще одной ошибки. Бог знает, что я могла устроить, не останови она меня. Я ревела от стыда, от боли, от отчаянья. Не знаю сколько я просидела в темном помещение, пока входная дверь не открылась. Даниил прошел вовнутрь и сел на корточки напротив меня.

— Ты как?

Я безучастно смотрела на стену позади него. Мне не хотелось с ним говорить. Мне вообще ничего не хотелось.

— Валь, нам надо поговорить…

— Не надо, я не хочу.

— Я не знаю что произошло, но это не правильно…

— Ты прав, все изначально было не правильно. — перебила я его. — Но теперь все кончено, и ты можешь смело возвращаться к своей подружке.

Он несколько секунд молча смотрел на меня, а потом попытался обнять, но я откинула его руки.

— Милая, я не знаю, что ты там себе напридумывала, но это моя родная сестра, Оля. Я ездил забирать ее в другой город. Мы только сегодня приехали домой. Мама решила устроить семейный ужин и притащила нас сюда. Ты слышишь меня? Я не хочу, что бы между нами все закончилось. Но я хочу внести кое-какие изменения в наши отношения…

Получается, я увидела только то, что хотела видеть. И с Катькой подралась только потому, что я самая большая идиотка. Я заревела с новой силой. Даниил притянул меня к себе и крепко обнял, а я обхватив его шею руками и принялась заливать слезами рубашку. Боже, как была права Катька когда советовала не проглядеть истины. Теперь я чётко осознала ее слова и решила высказать все что прятала глубоко в себе.

— Даня, я — дура. — то всхлипывая, то икая повествовала я. — Мне уже давно было мало одних встреч с тобой…ик…Я хочу большего, но боюсь…И сказать тебе не могла потому что — дура…ик… а Катька мне говорила… А потом я тебя с ней увидела…и поняла что потеряла…ик…а я не хочу тебя терять, я тебя люблю…ик… а Катька меня остановить пыталась,…а я — дура!!!!Но я тебя люблю…ик, и хочу быть всегда вместе…и жить даже согласна… И замуж я за тебя пойду…