Она так же холодно и медленно открыла контракт на нужной странице, взглянула на текст. Он тем временем восхищался этой женщиной, королева не могла бы сделать этого с большим достоинством и презрением к нему.

— У меня нет никаких замечаний по данному пункту.

Это все, чего он добился! Она так и не посмотрела на него! Да, крепкий орешек его Катька! Ему показалось или ее щечки все-таки окрасились в едва видимый розовый цвет? Нет, наверное, показалось, эта снежная королева, казалось, не способна вообще что-либо чувствовать.

Он снова опустил голову к контракту.

Андрей, спасая положение, начал какую-то речь типа «мы строили-строили и, наконец, построили, ура».

Он попытался еще пару раз вызвать в ней хоть какую-то реакцию, но неизменно получал холодный вежливый ответ.

— Ну что ж, раз ни у кого больше нет ни вопросов ни возражений, — он помедлил, обводя присутствующих тяжелым взглядом, выжидая положенное время, чтобы дать высказаться любому, кто этого захочет, но вокруг царила тишина. — Тогда приступим.

Он уже начал отчаиваться добиться хоть какой-то ее реакции, а значит и поговорить с ней, и уже взял ручку в руку, приготовившись подписывать, когда она неожиданно встала и с тихими извинениями направилась к выходу.

Дольше терпеть этот цирк она не могла. Нервы и так были натянуты как тетива. Как она смогла вытерпеть все его издевательства, одному Богу известно! Что он хотел от нее, чтобы она была благодарна, что он снизошел подписать этот вшивый контракт? Ее же для этого сюда притащили! Потому что Туманов всемогущий захотел видеть ее на подписании. Ну вот! Он уже подписывает, ее миссия окончена, в дальнейшем ее нахождении в комнате переговоров она не видела никакого смысла, тем более у нее полно еще и другой работы. Если он думает, что все должны не дышать на него и его вшивый контракт, то он глубоко ошибается! Тем не менее, она попыталась выйти из комнаты, не привлекая лишнего внимания, заранее заняв место поближе к выходу.

Он удивленно воззрился на нее. Лицо Андрея трудно описать словами, кого больше ему хотелось убить или умереть самому.

— Как, вы нас уже покидаете? — спросил он с долей сарказма, с остановившейся рукой, занесенной над контрактом. Внимание всех было сосредоточено на этой руке и на том, вернее на той, что ее отвлекла от подписания.

Она вздрогнула и повернулась вполоборота:

— Я думаю, что моя миссия закончена, Роман Георгиевич, — его имя она почти выплюнула, что и дало ему надежду, и он с удесятеренной силой поднажал.

— Ну почему же, Екатерина Александровна, вы были ключевой фигурой в этом проекте, я думаю вам необходимо присутствовать на подписании, — с нажимом произнес он. Все присутствующие с усиливающимся интересом следили за потасовкой.

— Я не понимаю вас, Роман Георгиевич, вам не хватает зрителей? — спросила она, нарочито вежливо приподняв одну бровь в притворном удивлении.

— Что вы, Екатерина Александровна, зрителей и доброжелателей у меня всегда хватает, — заверил он ее. — Я просто хотел бы, чтобы вы поприсутствовали, — это был откровенный приказ. И он знал, как она отнесется к любого рода насилию: это должно было вывести ее из себя, он знал это, и его удар был рассчитан именно на это. Хоть бы она не сорвалась с крючка!

— Роман Георгиевич, я удивлена вашей настойчивостью и не понимаю, чем вас заинтересовала именно моя персона и именно в данной ситуации, — это уже был настолько прозрачный намек, что его поняли все, кто хоть краем уха был в курсе.

— Вы много работали над этим проектом и заслужили увидеть его подписания! — несколько резко сказал он.

Она увидела в этой фразе намек на интимные отношения, который он не вкладывал, но, уже произнеся фразу, понял, что именно так она и подумает. Она взвилась, нависая над ним, прошипела:

— Я думаю, что мои услуги больше вам не понадобятся!

— Отчего же? Я ценю ваш профессионализм.

И снова двусмысленность, которой он не хотел.

— Да что вы?! Ну, я не думаю, что могу соперничать со всеми вашими любовницами, хотя могу дать им пару советов! Пришлите ко мне следующую!

С этими словами она резко повернулась и открыла дверь. Большей дуры еще свет не видывал!

Она вывела его до предела, не таким образом он хотел обратить ее внимание на себя! Резко выдохнув и швырнув ручку с золотым пером на полированную поверхность стола, он резко встал со словами:

— Извините нас с Екатериной Александровной на минутку!

И поймав ее выходящей из дверей, схватил подмышку и потащил по коридору, рявкнув на проходящую мимо девушку:

— Где мы можем поговорить с Екатериной Александровной наедине?

Девушка в испуге показала пальчиком в нужном направлении, куда он и ринулся, таща свою пленницу за собой.

— Что ты делаешь? — шипела она, пытаясь вырваться и одновременно пытаясь успеть не запутаться высокими каблуками в ворсе коврового покрытия.