— Ты не можешь остаток года прятаться от него, Эм, — вскинув брови, мягко заметила я.

Подруга нехотя кивнула.

— Знаю. И я не прячусь. — Эмми сделала паузу. — Просто, правда, нет настроения.

— Ты все еще скучаешь по нему, — догадалась я.

В глазах подруги мелькнула боль.

— Не то чтобы. — Она тихо вздохнула. — Ну, возможно чуть-чуть.

— Эй, Дерек просто придурок, что порвал с тобой. — Я обняла Эмми за плечи и легонько встряхнула. — Уверена, он уже миллион раз успел об этом пожалеть.

— Ага. — Эмми скептически фыркнула. — Разве ему есть когда со всеми этими девицами, которые сами прыгают ему в койку?

— Они не ты. — Я покрепче обняла Эмми, и она положила голову мне на плечо. Так мы и продолжили смотреть остаток фильма, а в конце обе разрыдались, когда Рейчел МакАдамс приехала со своими чемоданами к Райану Гослингу.

— Вот такие мужчины нам нужны, — шмыгая носом, заявила Эмми, когда пошли титры. — Кстати, я так и не спросила о твоем свидании. Давай, рассказывай.

— Ну, все было замечательно, — счастливо улыбнувшись, призналась я.

И я принялась описывать наше первое, идеальное свидание.

Прошла неделя, и я больше ничего не слышала об Адаме Эллингтоне.

Или от него.

Это не могло не радовать, потому что и без него проблем у меня хватало. Я разрывалась между учебой, домом бабушки, подработкой в библиотеке университета и конфетно-букетным периодом с Дином. Последнее было тем, что окрыляло и поднимало настроение всякий раз, стоило об этом подумать.

У нас состоялось три свидания за неделю, и мы то и дело встречались на кампусе между парами, чтобы вместе выпить кофе в перерыве или просто чмокнуть друг друга, прежде чем побежать дальше по своим делам.

Дин нравился мне все больше и больше с каждой минутой. Я боялась, что начинаю влюбляться в него. Это было слишком быстро, и это пугало, но я понимала, что не могу это остановить. И если честно, не хотела.

Я знала, что мне придется принять решение, если отец даст о себе знать. Я должна буду сообщить об этом Эллингтону. Поэтому, просыпаясь каждый день по утрам, я молилась про себя о том, чтобы папа не звонил. Где бы он ни был, я надеялась, что у него хватит ума скрываться как можно дольше, не обнаруживая себя. Если когда-нибудь настанет такое время, когда ему будет безопасно вернуться в Чикаго.

Но закладная на дом бабушки все еще была в руках Эллингтона, и рано или поздно я должно буду заняться и этой проблемой. У меня не было денег выкупить закладную, и я сомневалась, что он так просто согласиться ее продать.

Я не знала, что можно предпринять в данном случае, но одно я знала наверняка — бабушка не может лишиться дома, который построил для нее дедушка много лет назад.

Ровно через девять дней после моего вынужденного визита к мистеру Эллингтону, на мой телефон позвонил неизвестный номер. Я как раз возвращалась из библиотеки после работы и, увидев номер с незнакомым кодом, мое сердце взволнованно заколотилось. Нажимая зеленую кнопку, я скрестила пальцы, молясь, чтобы это был не тот, о ком я думаю.

Но, конечно же, это был он — мой отец.

— Грейси, привет, детка, — нервно, с фальшивой радостью поприветствовал меня родитель.

Я чертыхнулась про себя.

— Пап, что ты натворил?! — с ходу зашипела я на отца, прикрыв микрофон рукой и опасливо оглядевшись по сторонам. Мне казалось, что невидимая пара льдисто-серых глаз преследует меня.

— Мне жаль, Грейси, — запричитал отец.

Всегда он так! Наворотит дел, а потом делает вид, что раскаивается. В этом был весь мой отец — безвольный человек, неспособный сопротивляться своим порокам.

— Тебе жаль?! — Я почувствовала, как краснею от злости. — Ты подумал о бабушке, когда сбежал, оставив ее и нас на расправу с бандитами Эллингтона? — Я настолько рассердилась, что посчитала — не страшно, если немного сгущу краски.

Пока отец бормотал свои нелепые извинения, я выговаривала ему все, что накипело во мне за последние дни.

— Как ты только додумался проиграть такому человеку? — От переизбытка эмоций я отчаянно жестикулировала. — Триста пятьдесят тысяч — серьезно? Господи, ты хоть о ком-то думаешь, кроме себя?

— Грейси, я знаю, что наломал дров, — дрожащим голосом промямлил Патрик, пока я остановилась, чтобы перевести дыхание. — Детка, если бы я только мог все исправить…

— Но ты не можешь! — жестко процедила я, не находя в себе ни грамма сочувствия к отцу.

Я устала от того, что он творил со своей жизнью и нашими.

— Когда ты успел заложить дом бабушки? — едва сдерживаясь, чтобы не начать орать на него, спросила я. — Зачем вообще ты это сделал?

На том конце трубки послышался долгий вздох.