Вотчиной дриопитека были густые тропические леса, где он обитал не так уж давно — один-два десятка миллионов лет назад. По найденной челюсти установили, что у него клыки еще сильно выдаются из зубных рядов. Но вместе с тем найдена одна деталь, которая почти одинакова у него и у нас с вами, читатель, — это рельеф, рисуемый бугорками на больших коренных зубах. Ему дано красивое название: «узор Д». И этот узор неопровержимо доказывает наше родство с древесной обезьяной третичного периода.

До наших славных дней дошли только две ветки генеалогического древа наших прародителей. Одна — цветущая ветвь — род человеческий во всем своем разнообразии. Вторая — скромная ветвь — человекообразные обезьяны: гиббоны, орангутанги, гориллы и шимпанзе. Многие другие ветви зашли в «эволюционные тупики» и безвозвратно исчезли с лика планеты.

Нельзя сказать, что человек находится в плену своих родственных чувств к обитателям второй ветви. Так, в энциклопедии мы читаем: «Многие обезьяны служат предметом охоты (используется мясо, шкура); обезьян также ловят для содержания в неволе».

С другой стороны, они сами виноваты — ведь они «не захотели» идти с нами тропой труда и активного приспособления к природе. Вот еще один пример, подтверждающий народную мудрость: «Обуяет лень, проживешь как пень».

На рубеже третичного и четвертичного периодов кайнозоя наш общий древесный предок еще очень редко попирал землю своими конечностями. Его обителью была верхняя часть леса. Там он находил пищу и даже воду (на листьях), удобные места для сна, огромные спортивные залы для утренней гимнастики и коллективных игр.

Наверное, потому весной, когда в первый раз вырываешься в лес из цепких объятий города, зов древесного предка будоражит тебя. Ты кидаешься к первому дереву, появляется откуда-то и сила, и ловкость, вот ты уже на макушке, лихо раскачиваешься на ветвях и обязательно издаешь какие-то нечленораздельные дриопитекские звуки.

Миллионы лет дриопитеки жили в лабиринте ветвей. Они совершали ближние и дальние походы по ветвям деревьев, и не в одиночку, а целыми стадами. Цели были различные — добывание пищи, разведка, самодеятельный туризм (идея планового туризма возникла несколько позже), кочевые походы. Их организм приспосабливался к этому сложному древесному образу жизни. Прыжки с ветки на ветку, с дерева на дерево требовали не только хорошей мускулатуры, но и острого зрения, быстрой ориентировки.

Глаза, смотрящие у большинства животных в разные стороны, начали сближаться и смотреть вперед. Появилось объемное и цветное зрение (современное телевидение еще не достигло уровня дриопитека: в лучшем случае оно дает пока плоскую цветную картину). Усложнился мозг и нервная система. И все это дал лес. Мы должны ему кланяться в пояс. А вместо этого неблагодарные потомки дриопитека часто без всякой нужды калечат деревья, «украшают» их своими именами… Дриопитек задал бы им трепку.

Какая же сила толкнула этих ловких лесовиков спуститься на землю? Наверное, этой силой было опять-таки изменение условий существования. Климат становился холоднее. Листьев и плодов становилось меньше. Леса редели. В борьбе за существование часть дриопитеков спустилась на землю. Это сделали, наверно, те, кто привык двигаться по деревьям почти вертикально. Тело у них подымалось вверх за счет выпрямления задних конечностей. Передние конечности служили в основном для поддержания равновесия. Возможно, это были жители «нижнего этажа» зеленого дома, где мощные ветви дают хорошую опору. Естественно, они перенесли на землю свою привычку двигаться, сохраняя почти вертикальное положение тела. Но при этом руки стали не у дел. Они были хорошо развиты на деревьях, и, естественно, безделье их тяготило.

Ожесточенная борьба за существование подсказала, как использовать свободные руки. Идея осенила дриопитека. Он и был первым на нашей планете изобретателем. Его авторская заявка за номером один, к сожалению, не сохранилась. Попробуем сформулировать ее языком современных патентных формул, правда, закостеневших несколько сот лет назад. Получаем следующее: «Новый способ добычи пищи и защиты от врагов, отличающийся тем, что с целью увеличения природной силы передние конечности действуют, вооружившись палкой или камнем».

Наличие камня или палки в руках и большой обзор местности благодаря вертикальному положению тела делали каждую особь более сильной. Но жили ведь они не в одиночку. Уже тогда нашим далеким предкам было ясно, что коллективу легче противостоять всем невзгодам суровой жизни. И они жили всегда стадами. Даже небольшой такой коллектив в 15–20 особей с дубинами и палицами мог постоять за себя! Миллионы лет эволюции подтвердили правильность этой ставки на объединение. Но и сейчас иногда попадаются «особи», которые забывают о воспитавшем их «стаде», об их органической принадлежности к коллективу. Я думаю, лучшим лекарством для них будет изучение жизни наших далеких предков.

Однако вернемся к поискам промежуточных звеньев в цепи «обезьяна — человек».

Первым таким детективом был молодой голландский врач Евгений Дюбуа. С затаенной мечтой найти далекого предка он покинул родину и отправился на Яву. Почему на Яву? Да ведь там в изобилии жили потомки этого общего предка — обезьяны. И совершилось почти чудо (с точки зрения теории вероятностей). Дюбуа легко находит остатки обезьяночеловека — часть черепной коробки, зубы и полуметровую бедренную кость. Это случилось в 1891 году. Бесценная находка была найдена при раскопках древнего слоя на крутом обрыве берега реки. Объем черепной коробки таинственного предка составил приблизительно 900 кубических сантиметров. У современной гориллы он составляет 500 кубических сантиметров. У современного человека приблизительно 1400 кубических сантиметров. Сложив эти объемы и поделив пополам, мы получаем объем незнакомца с Явы! Он получил название «питекантроп эректус», или обезьяночеловек прямоходящий. А жил он приблизительно 500–600 тысяч лет назад. Десятки лет продолжался спор: «Есть ли это прародитель рода человеческого или не есть?» Но Шерлоки Холмсы науки не ждали окончания этих споров, они продолжали поиски…