От принятого решения у парня неприятно защемило в груди, и с каждым шагом, приближающим его к дому Каори, Тоширо едва сдерживался, чтобы не закричать.

***

Сознание неохотно возвращалось к девушке, и перед мысленным взором пронесся, на удивление, краткий, но такой красочный калейдоскоп картинок.

Взрыв… Куски стены, летящие на нее.

Говорят, когда находишься в одном мгновении от смерти, перед глазами мелькает вся твоя жизнь.

Это не так.

Ничего кроме пустоты в голове, и испуганно метавшихся слов, смысл которых в этот момент не имел никакого значения. Облегчение, пришедшее со смирением, но стоило мозгу осознать, что это конец, как перед глазами вспыхнули лица родителей.

Это была единственная осознанная, живая мысль, перед тем как Юми зажмурилась. Следующее, что она ощутила, сильный толчок и боль в виске, взорвавшая тысячу ярких всполохов, погрузивших девушку в темноту.

Чувство безопасности и комфорта, так неподходящие к ситуации, в которую Юми попала, заставили приоткрыть веки, чтобы осмотреться.

Как только зрение вернулось, в голове стало так тихо и пусто.

Она смотрела на Тоширо, погруженного в свои мысли. Такой отрешенный, пустой взгляд бирюзовых глаз. Губы плотно сжаты, по щекам ходят желваки. Пальцы время от времени меняют силу нажима, то впиваясь в ее тело, то расслабляясь. Парень настолько задумался, что даже не заметил, когда Юми пришла в себя.

Девушка медленно покрылась румянцем, отчетливо понимая, что задержала дыхание и старалась лишний раз не моргать, вдруг, взмах ресниц привлечет его внимание, и она лишится такого бережного, близкого контакта?

Неожиданно Тоширо скосил на нее взгляд, и Юми, захваченная на горячем, залилась ярким румянцем.

— Очнулась? — хриплый голос отдавал едва уловимым холодом, и жар спал со щек девушки.

Почувствовав неладное, Каори зашевелилась, неохотно давая понять, что и сама может идти, но Тоширо только крепче ее перехватил.

— Не ерзай, — коротко и тихо, но таким непрекословным тоном заправского командира, припечатал он. — Если пойдешь своим ходом, это будет довольно болезненно.

Каори открыла было рот, но вместо слов только выдохнула воздух, и плотно сжала губы. Шея от напряжения начала ныть, и девушка сдалась, опустив голову на плечо парня.

— Пришли, — нарушил тишину Тоширо, направляясь к знакомому дому.

Коротко оглядевшись, Юми с удивлением покосилась на Хитцугая-куна, но подавила напрашивающийся вопрос в зародыше, так как весь вид Тоширо не располагал к каким-либо расспросам.

Капитан, не останавливаясь, двинулся в подъезд дома, и Каори помогла придержать дверь, тихо назвав этаж и номер квартиры. Проигнорировав слабое трепыхание, когда они подошли к лестнице, Тоширо без какого-либо труда преодолел крутой лестничный проем, уверенным шагом направляясь к ее квартире.

— Открывай, — только и скомандовал он, с таким видом, что Юми пришло в голову, не послушайся она, Хитцугая-кун просто проломит преграду своим телом.

Рюкзак висел на плече парня, и девушка неловко обняла его за плечи, чтобы добраться до бокового кармана, на что Хитцугая-кун никак не отреагировал. Стоял, словно палку проглотил.

Нервничая, девушка чуть не выронила связку, но быстро взяла себя в руки, и вскоре оба очутились в квартире.

Юми быстро оглядела прихожую, переходящую в зал, пытаясь представить, каким все видится неожиданному гостю. Но Тоширо даже не оглядывался по сторонам, целенаправленно неся свою подопечную на небольшой диван в гостиной.

***

— Мастер, — тени позади кресла сгустились, и из них медленно проявилось очертание юноши.

— Лука, — тихо прошелестело в ответ, разбавляемое шорохом бумаг. — Ты задержался.

— Хотел проверить готовность наших людей.

— Надеюсь в этот раз никаких непредвиденных ситуаций?

— Все по плану.

— Отлично, можешь передать, что больше ждать я не намерен, мы и так слишком много времени потеряли, если оттягивать дальше, то эти синигами успеют наложить печать заново, чего допустить нельзя.

— Когда приступать?