Шрифт:
В тот день Иван Христофорович подарил мне свою фотографию.
— Я не художник, у меня нет нарисованного портрета, а фотографию я тебе на память подарю.
Достал из книжного шкафа снимок, на котором он был в гражданском костюме, домашний, улыбающийся, и написал на нем:
«Володе Карпову.
Баграмян».
Так он звал меня всегда наедине, наверное, вспоминая своего разведчика на 1-м Прибалтийском фронте старшего лейтенанта Володю — стройного, еще юношу, с черными усишками под носом.
Писатели не забывали Баграмяна и после ухода его из жизни. Вот пригласительный билет на 23 февраля 1983 года.
В пригласительный билет надо внести поправку. Не помню, по какой причине (кажется, заболел) Дангулов не приехал, и мне поручили вести этот вечер. Что я и совершил с удовольствием, рассказав и о своих встречах с Иваном Христофоровичем.
Хочу напомнить, что Баграмян был еще и пожизненный кавалерист. Он начинал военную службу в кавалерии, командовал эскадроном и кавалерийским полком. Любовь к лошадям у него сохранилась до конца жизни.
Приведу для иллюстрации короткие отрывки из воспоминаний тоже пожизненного «лошадника» Бобылева:
«С Баграмяном я познакомился в первые послевоенные годы в Манеже, ку да он, как истинный кавалерист, заглядывал всякий раз, когда приезжал в Москву по служебным делам.
В ту пору он был еще генералом армии, командующим войсками Прибалтийского военного округа. Ему подарил Буденный золотисто-рыжего коня по кличке Деловой. Он ему очень нравился, на нем он принимал военные парады в Прибалтийском военном округе, и мы tie раз вспоминали при наших встречах эту лошадь. Позднее, в конце 70-х и начале 80-х годов я бывал у него на даче в Баковке. Дача Ивана Христофоровича располагалась по соседству с даней Семена Михайловича Буденного (его, к сожалению, уже в это время не было в живых), и Семен Михайлович присутствовал среди нас только в воспоминаниях. А им не было конца.
Несколько раз я приглашал Баграмяна в Московскую ветеринарную академию. Он всегда очень интересно и с юмором выступал перед студентами и профессорскопреподавательским составом академии.
Как жаль, что мы не стенографировали эти интересные и увлекательные встречи с легендарным полководцем.
В один из таких его приездов ныне покойный ректор MBA профессор В.М. Данилевский даже издал приказ о зачислении маршала И.Х. Баграмяна почетным студентом академии. После того как этот приказ огласили и в зале академии отгремели бурные аплодисменты присутствующих, Иван Христофорович встал и шутливо произнес: „Что же, теперь мне придется сдавать зачеты и экзамены?“ Переполненный зал снова взорвался овацией.
23 апреля 1982 года мы в академии отмечали 100-летие со дня рождения Семена Михайловича Буденного. На это торжество приехал Баграмян.
После официальной части, во время которой были сказаны, кажется, все слова любви и уважения к Семену Михайловичу, мы собрались за дружеским праздничным столом на кафедре разведения сельскохозяйственных животных. Не успели мы сесть за стол, я, как председательствовавший на официальной части, под ее впечатлением встал и решил произнести тост в честь Ивана Христофоровича, а он неожиданно поднялся и своим негромким голосом сказал: „Подожди! Давайте встанем и помолчим минутку!“ Все поняли его и моментально встали, а мне было немного совестно.