«… Кинт, сынок, к тому времени как ты будешь читать это письмо, я буду либо мертв, либо в пути, подальше от столицы. Я вспомнил! Вспомнил кто такой этот господин Жорэ, это человек Арка. Помнишь я рассказывал, как лишился дома и оказался на улице? Он и еще двое приходили ко мне в тюрьму и приносили на подпись документы из канцелярии ратуши. Утром, перед твоим отъездом, я поздоровался с Жорэ и вспомнил… и не смог сдержаться и все сказал ему, глупец, какой же я глупец! А он обозвал меня сумасшедшим и пообещал за поклеп на уважаемого человека пожаловаться в жандармерию. Но я его узнал! Это точно один из людей Арка и я уверен, что Жорэ преследует одну цель — лишить дома Милу. Я слышал, что они решили через неделю идти в ратушу и подписать брачную грамоту, и тогда я боюсь подумать, что будет с Милой, ее семьей и ее домом. Я надеюсь, что не посчитаешь меня выжившим из ума стариком и поверишь мне. Мила хороший и добрый человек, не позволь негодяям завершить то, что они начали. Береги себя сынок, и не надейся на помощь жандармерии, Арк многим из них платит.

Будь осторожен и прощай.

Итар».

Кинт стянул шляпу, еще раз перечитал письмо, затем смял его и сунул в карман. Прохаживаясь от стены к стене, он пытался сообразить, что же ему делать, мысли роились в голове — Итар конечно странный был старик, но далеко не сумасшедший, не верить ему не было оснований, а трагическая смерть старика только подтверждала его правоту. Итар узнал Жорэ, не сдержался и сказал ему об этом, замыслу Арка стала грозить опасность и старика убили, можно допустить, что это трагическая случайность, но как–то не верится.

Послышались тяжелые шаги по лестнице и в дверь мансарды постучали:

— Это Жорэ, надо поговорить.

Кинт замер посреди комнаты и непроизвольно нащупал под камзолом кобуру… «Нет, надо успокоится, и сделать вид, что я еще ничего не знаю о смерти Итара, и вообще ничего не знаю…» — подумал Кинт, быстро скинул сапоги, взъерошил волосы, и шаркая ногами проходя мимо кровати смял на ней покрывало…

— Кто… что? — открывая дверь, спросил Кинт и с недовольным и сонным лицом посмотрел на Жорэ, — а потом нельзя? Я с дороги, поспать вообще–то хотел.

— Я так, на пару слов, — Жорэ толкнув дверь, прошел в комнату, пристально осмотрелся и сказал, — Итар умер… его сбила повозка в порту.

— Как?

— Не известно, повозка скрылась, — ответил Жорэ с некоторым облегчением, — он вообще в последнее время странный какой–то был…

— Я заметил, — присев за стол у окна Кинт подпер голову руками и зевнул.

— Он тебе ничего странного не рассказывал? Ты перед отъездом вроде разговаривал с ним…

— Да, он что–то хотел мне сказать, но меня ждала повозка, я на вокзал спешил.

— Угу… я видел…

— Я сказал ему, что потом поговорим, да и все, и весь разговор, — пожал плечами Кинт, — господин Жорэ, вы со своими вопросами до вечера можете подождать? Я правда очень устал с дороги и хочу спать.

— Да я уже все выяснил, отдыхай Кинт… а, скажи, как здоровье Чагала, ты ведь к нему ездил?

— Да к нему… скрипит, такой же старый ворчун.

— Ты ему рассказывал обо мне с Милой?

— Конечно, он даже порадовался за сестру, наконец–то, говорит, будет опора у неё на мужчину.

— Угу… ну ладно, отдыхай, — Жорэ кивнул, и заложив руки за спину вышел.

Кинт облегченно выдохнул, закрыл дверь и завалившись на кровать, подложив руки под голову снова начал размышлять — «Что же делать? Есть деньги, срочно нанять повозку и ехать к Чагалу, рассказать ему? Нет, это будет подозрительно, нагонят… Попробовать последить за Жорэ? Можно, но только не самому, самому опасно… и надо вообще выяснить кто такой этот Арк, и где его искать»… Так, обдумывая свои дальнейшие действия, Кинт все же уснул, а проснулся под звуки гудков доносящихся из промышленного района, обозначавшие конец рабочего дня. Умывшись, Кинт влез в сапоги, одел шляпу и посмотрелся в старое с потрескавшейся амальгамой, маленькое зеркало у двери. Кое–какой план в голове все же созрел.

Кинт не спеша, направился в сторону портовой харчевни на ужин, проходя мимо одной из лачуг у складов, он заметил возящегося в луже у забора Тоя, младшего из тех самых неудавшихся налетчиков, которые пытались его ограбить в день приезда в город. Кинт иногда помогал им, то монет подкинет, то еды из харчевни принесет. Поначалу они гордо отказывались, обещая даже побить, собрав ватагу таких же оборванцев из квартала, но потом некое подобие дружбы все–таки образовалось. Старшему, Викену, Кинт некоторое время назад помог устроиться в порту помощником учетчика в пакгауз, не без содействия бригадира грузчиков Тармата.

— Кинт! — радостно поприветствовал его Той, махая испачканной в грязи рукой.

— Ты что там делаешь?

— Пряжку нашел, медная, старинная… вот отчищаю.

— Понятно, — Кинт присел на корточки рядом с лужей и посмотрел вверх, на дорогу…

Невзрачного вида мужчина, в простых серых одеждах, с тростью и в помятом с одного бока котелке, остановившийся неподалеку как–то дернулся и начал активно очищать несуществующую грязь с длинного парусинового плаща. Кинт похлопал Тоя по плечу и спросил: