Направляясь к городской площади, Кинт обратил внимание на чистоту в городе. Хоть и нет здесь ни одной выложенной булыжником дороги, а все одно чисто, у домов и лавок подметено, аккуратные крашеные заборчики, в общем, глаз радуется. А еще воздух, Кинт по началу даже пытался дышать так, чтобы набрать в легкие побольше воздуха. Людей на улицах не очень много, но те прохожие, что попадались навстречу, приветливо улыбались, дамы чуть заметно кланялись, держа при этом осанку, а мужчины прикасались рукой к полям шляпы или котелка, кивали. Кинт здоровался в ответ и тоже пытался улыбаться, но не совсем получалось, слишком много произошло вовсе не радостного за последнее время. Перед глазами промелькнули образы — Чагал сидящий в беседке у казармы, закинув протез на лавку… Мила, ее дети, Итар… Накатила тоска, Кинт остановился у салона парикмахерской, присел на коновязь и набил трубку, посидел так немного, так и не закурив, сунул трубку в карман и пошел дальше.

С улицы оружейная лавка выглядела более чем скромно, деревянная вывеска «Оружейник Ллодэ» над маленькой верандой, само здание тоже небольшое, одноэтажное, но с жилой мансардой. Зато просматривалась стрелковая площадка, зажатая с двух сторон каменной кладкой шагов на сто.

— Не стесняйся, заходи, — в открывшейся двери лавки появился седой… нет, не старик, а мужчина в годах, каких годах — не понятно.

— Здравствуйте.

— Проходи, проходи… ты же не на фасад моей лавки полюбоваться подошел?

— Да, я к вам.

Изнутри лавка была просторной. Зал разделял прилавок–стойка, ровно на половину, от стены до стены. За прилавком на стене, висели не менее двух десятков карабинов и винтовок, на аккуратных полках с небольшим наклоном были выставлены разные модели револьверов. Присутствовало и холодное оружие, в виде палашей, штыков и просто ножей. В зале перед прилавком была выставлена кое–какая одежда, снаряжение, кобуры и винтовочные чехлы, те что приторачивают к седлам в походе. Выбор был, одним словом.

— Нравится?

— Да, — ответил Кинт, продолжая осматриваться.

— Меня зовут Ллоде, я хозяин этой лавки.

— А меня….

— Кинт, я уже слышал.

— Откуда? — удивился Кинт.

— Маар, — развел руками Ллоде, — он у нас тут вместо газет, нет, газеты иногда появляются конечно, но самые свежие новости приходят в город с пристани.

— Понятно…

— Должно быть Маар обознался, — Ллоде кивнул на кобуру Кинта, — это не пехотный револьвер, это уже новая модель, не дешевая к слову.

— Нет, я его не стал одевать, — чуть улыбнулся Кинт, — а Маар не обознался, на мне был именно пехотный револьвер, когда он меня подвозил.

— Хм… я бы на него взглянул, и если он в порядке, то я бы его приобрел, ну или поменял на что–нибудь.

— Нет, извините, я его не продаю.

— Чем же он так дорог?

— Это личное оружие, и оставленное мне по выпуску.

— Так ты выпускник школы сирот! Насколько я знаю, больше нигде пехотные револьверы старого образца не стоят на вооружении.

— Верно.

— Ну тогда не буду настаивать, понимаю… понимаю и уважаю.

— У меня есть другой револьвер на продажу, — Кинт достал из–за пазухи револьвер доставшийся от покойного громилы на ферме и положил на прилавок, — вот взгляните.

— Однако, — покачал головой Ллодэ и взял в руки оружие, — этот тоже не дешев. Чистый… взвод туговат, но это от того, что новый, почти. Что ж, тридцать кестов могу предложить за него.

— В столице он стоит не меньше семидесяти.

— Это в столице… тридцать пять!

— Но ведь почти новый… шестьдесят!

— Туговат взвод все же… сорок!

— Чистый, отличный бой… пятьдесят пять!

— Хм… — Ллоде улыбнулся, — пятьдесят и по рукам! И я делаю скидку на покупки в моей лавке, а? Как?

— Хорошо, — кивнул Кинт.

— Отлично! — Ллодэ быстро смахнул револьвер в деревянный ящик стола.

— Меня вообще карабин интересует, желательно многозарядный.

— Ага, есть у меня кое–что, как раз для твоей комплекции, и что самое важное, он с нарезным стволом! Тут у меня только пара винтовок нарезных, все остальное гладкоствольное.

— Дорогой поди?

— Не дешевый… я сейчас.

Ллоде подошел к деревянному ящику на полу, открыл и достал из него недлинный сверток. Положил его на прилавок и бережно разворачивая сказал:

— Из Майнга доставили еще летом, три таких было, вот один остался.

Карабин выглядел словно игрушечный, казался легким и с необычным прикладом. Но это только на первый взгляд. Шестигранный ствол, не уступающий калибром армейской походной винтовке, только короче в два раза, ложе почти под срез ствола из темного дерева, удобные прицельные приспособления…