– Но, все прекратилось?

– Да, все прекратилось, когда входная дверь открылась и в наш дом забежала группа захвата и, кажется, там было несколько немецких овчарок, хотя я не уверена, что собаки вообще были.

– Почему?

– Потому что некоторые события перемешались со сном.

– Ты можешь отличить сон от реальности?

– Да.

– Как ты это делаешь?

– Я звоню по телефону.

– Кому ты звонишь?

– Маме.

– И?

– Если она берет трубку, значит это сон.

– По-твоему сейчас это сон?

– Нет.

– Откуда ты это знаешь?

– Я звонила ей перед тем, как зайти в ваш кабинет.

***

Макс слышал, как к ним кто-то приближается, как открывается дверь и, как в комнату заходят несколько человек. Оттуда доносился плач его Хезер и надменный смех Стива.

«Все, что с нами случается – это практика жизни. Это практика, потому что действительность бьет тебя, а ты наносишь ей ответный удар, это обучает и это закаливает. Некоторые люди называют это риском, некоторые называют борьбой. И я борюсь, я не могу потерять себя, поэтому я фокусируюсь ... На иронии событий. То, как много времени мы растрачиваем впустую, подстёгивает меня к этой борьбе. Трудно это осознать, но если ты постиг это, ты будешь об этом знать и обретёшь свободу: свободу мысли и действий. Потому что свобода – это чувство, когда у тебя нет ничего, но ты владеешь всем».

Макс открыл глаза как раз в тот момент, когда какой-то мужчина занес руку для удара. Он дернул руками, и веревка, развязанная двадцатью минутами ранее, упала, это дало фору. Макс резко встал и мужчина напротив на несколько секунд застыл. Парень не стал ждать, пока тот опомнится и нанес быстрый удар в челюсть, следом посыпались удары один за другим. Еще один мужчина подбежал к ним и готовился напасть на Макса сзади, но Джордж успел его перехватить и отбить атаку на себя.

«Я никогда и ни о чем не сожалел. Я ни разу в жизни не пожалел о каком-либо своем решении. Ни о том, что не пошел за толпой и какое-то время был изгоем, ни о том, что, когда я сказал, что хочу стать морпехом и надо мной посмеялись, я все равно сделал так, как хотел. Я ни разу в жизни не пожалел, что не оставил своего друга и о том, что произошло тогда с нами. Я также не жалею, что согласился на эту работу и снова вляпался в дерьмо, которое по ночам будет возвращаться мне кошмарами с холодным потом. Я ни разу не пожалел и не пожалею о том, что произошло в амбаре и последующих событиях».

В комнате эхом отдавались удары, слышался треск ломающихся костей и падения тел. Вернон не мог драться, но держать пистолет был вполне способен. Он помог, но было слишком поздно.

– Макс! – Хезер «отлипла» от стены и побежала к нему, но кто-то резко подхватил ее и оттолкнул к стене с такой силой, что она больно ударилась об нее. Макс упал на бетонный пол, стараясь абстрагироваться от острой боли в своем животе и плече. Он тяжело поднялся. Голос его отца, говоривший «слабак», отдавался громким эхом в голове, что делало его менее уязвимым и превращало в машину для убийств. Макс схватил мужчину за шею и ударил его головой об стену несколько раз. Но резкая боль прервала его, и он отпустил чужака.

– Кончай его, - сказал мужчина позади него с ножом в руках. Головорез хищно улыбнулся, вытер кровь с губ и вытащил пистолет из-за пояса. Макс ухмыльнулся.

– Заканчивай побыстрее, а то становится скучно, - прохрипел Макс. Он чувствовал, как кровь вытекает из его ран и как силы покидают его.

– Макс! – Хезер закричала, что есть сил, но Стив ударил ее по лицу и снова прижал к стене.

– Заткнись, -злобно прошипел он. Хезер схватилась за щеку.

У Макса был последний шанс. Он посмотрел на чужака перед собой, тот открыл рот, чтобы что-то сказать, но Макс оказался быстрее. Он молниеносно выкрутил его запястье и отнял пистолет.

«Никогда не разговаривай с врагом» - сказал про себя Макс, и выстрелил в чужака, пустив пулю прямо в лоб.

Кинг повернулся в сторону Хезер и увидел на расстоянии полметра от него еще двоих головорезов. Они, каждый по очереди, ударили его и толкнули к стене.

Дверь с грохотом вылетела, и в комнату вбежали мужчины с автоматами и в военной форме. Макс медленно начал оседать на пол. Все тело горело от боли.

– Макс, - сквозь туман в голове он услышал знакомый голос. – Вот дерьмо. Держись дружище.

– Пит? – Макс открыл глаза.

– Ага, тебя, я вижу, сегодня хорошенько потрепали.

– Есть немного, - прохрипел Макс и выплюнул кровь.

– Вставай, друг. Наши с ними разберутся.

– Наши? – Макс начал подниматься и увидел, как его бывшие сослуживцы выводят головорезов и Стива.

– Это Дэн?

– Да, он стал капитаном, - ответил Пит. Макс встал на трясущихся ногах.

– Что, Кинг, совсем тряпкой стал? – рядом с ним появился Дэн.

– Сегодня у меня был выход… - Макс прикрыл глаза.

– Нет, не отключайся, тебе надо выйти отсюда, - Макс слабо кивнул. Закинул руку на плечо Дэна, и они пошли на выход.

– Хезер? Где она?– спросил Макс.

– С ней все хорошо, она в машине, - Макс снова слабо кивнул. Он видел, как из ран текла кровь, глаза закрывались, а ноги слабели.

– Блять, - последнее, что Макс услышал перед тем, как отключился.

«Я фокусируюсь на силе. Она мне помогает выжить. У меня нет семьи, у меня нет друзей или родственников. Все кто у меня остался - это Пит. Он моя семья. Моя сила в нем. Он мой брат. Чувство – это слабость, из-за чувств человек становится более уязвимым. Я не могу позволить себе быть уязвимым. У меня нет на это ни времени, ни желания, ни сил. Я многое видел, многое чувствовал, многое пережил, и многое хотел бы забыть.