— Не волнуйся, успею. Мне нужно узнать кое-что от тебя. И от нее, — указал в мою сторону.

Я напряглась.

Решил устроить допрос?

— Учитывая то, что ты здесь, твои слуги должны быть где-то поблизости. Скажи, где именно они и сколько их. И да, учти, ложь только усугубит твое положение.

Люцифер совсем не к месту засмеялся, все крылатые в недопонимание переглянулись, как бы спрашивая друг друга: «Почему он это делает?».

— Демонов нет нигде. Я запер их в Аду. Все, что я говорил на поле — было абсолютной правдой, а их заставил думать, что это лишь очередная сцена, чтобы уйти и потом неожиданно вернуться. Мне пришлось им наплести это, а иначе бы они не ушли, не пролив крови.

— Ты врешь! — Михаил пнул Люцифера, тот, издав тихий стон, перекатился на живот. — Ты бы ни за что не сделал этого с ними! Столько веков демоны служили тебе, выполняли все твои приказы, и ты говоришь, что просто так запер их?

Парень откашлялся и, поднявшись, подошел к Михаилу почти вплотную. Я подумала, что тот его вновь повалит или толкнет, но подобного не случилось, к удивлению.

— Не просто так. Мне пришлось огородить их от всего, потому что они узнали правду и ополчились. Они могли навредить людям, если бы я не запер Врата.

— А в тот день, когда наши войска встретились нос к носу, ты об этом не волновался, — выплюнул Михаил. — Я не могу верить тебе!

— Разве не возьмешь за доказательство то, что вы еще не повстречали ни одного демона?

Мужчина вздернул голову, его глаза разглядывали лицо блондина с отвращением.

— Наверное, совпадение, — незаметно обхватил пальцами рукоятку меча.

Я резко поднялась на ноги, с бешено стучащим сердцем ожидая, что он пронзит его грудь мечом. Как бы, мне не очень хотелось смерти Люцифера, поэтому привлекла к себе внимание Михаила, открыв рот.

— А знаете, погодка сегодня классная, ни так ли?

Боже, что?

Мне пришлось сболтнуть первое, что на ум пришло, лишь бы эти двое отвлеклись друг от друга, и архангел убрал руку от оружия.

Михаил с серьезным выражением лица приблизился ко мне.

— Это правда?

Я, несмотря на свое положение и то, что, может быть, умру сегодня, криво улыбнулась.

— Эм… ну да. Снежок, сугробы, ветер, кра…

— … я не об этом! – он яростно втянул воздух. — Все, сказанное Люцифером — правда?

Я и сама не знала точного ответа на такой вопрос, зато знала моя непредсказуемая голова. Она наклонилась вниз, затем в обратное положение, и я поняла, что она совершила… кивок.

– Почему ты так уверена?

— Я не на сто процентов уверена. У меня еще есть сомнения, — призналась, и Люцифер наградил меня печальным взглядом. С этим розовым пуховиком и кровью он выглядел так, словно побывал на гей параде и получил по морде от неожиданно нагрянувших натуралов. — Ну и, конечно, в большей степени я… верю ему. Наверное.

Михаил освирепел.

— Очнись, Всевидящая! Он и его армия хотели уничтожить тебе подобных! Уничтожить, а не оставить в живых! Ты слышишь себя вообще? — арх с хлопком расправил крылья, чуть отойдя. — Ты говоришь абсолютный бред! Он не мог поступить так со своими слугами! И что бы Люцифер тебе ни наговорил, он не достоин прощения.

— У каждого есть второй шанс, — прошептала я, хотя желала сказать это гораздо громче. В горле запершило, холод потихоньку вонзал в меня свои «коготки».

Отлично. Мне еще заболеть не хватало.

Я вздрогнула. Михаил неодобрительно покачал головой.

— У каждого, но не у него, — и кивнул на Люцифера, собрал брови вместе. — Например, если уж это правда, то почему он тут, и ты ему помогаешь? Что он у тебя попросил? И зачем ты согласилась?

Я не хотела все рассказывать ему по каким-то неизвестным причинам. У меня и так с Михаилом были не совсем дружеские отношения и, видимо, мой острый язычок решил сделать ситуацию хуже некуда.

— Меньше знаешь, крепче спишь.

И я вырыла себе могилу намного глубже, чем она была.

Архангел взбесился. Он чуть ли не ударил меня, но сдержался, крепко сжав поднятый в воздухе кулак. А я… чуть ли в штаны не наделала.

— У Бога другие планы на тебя, и боюсь, если убью тебя, он будет зол. Тем более, мы не должны трогать людей, какими ужасными и неверными они ни были. Особенно таких «одаренных».

По крайней мере, меня не укокошат сегодня, что радует.

Так, стоп! Он назвал меня ужасной и неверной? А сам, тогда, какой?!