– Я? – Она всплеснула руками, и от сверкающих бриллиантов по потолку побежали солнечные зайчики. – Я – старая женщина, Крис, но я не жалуюсь. У меня все в порядке, и благодаря вам я заполучила мисс Олдхилл. Мы с ней уже подружились. Она прекрасно читает, такая тихая, спокойная. Мне это особенно необходимо – тишина и спокойствие. Знаете, она принесла мне подарок. Вчера я послала ее за покупками. Ее одежда… впрочем, это неважно. Она принесла мне пластинку с концертом Бетховена для трио. Кемпф, Церинг и Фоурнер. – Она радостно улыбнулась. – Кемпф! Какой виртуоз! Я провела все утро в постели, слушала… Я так благодарна вам, Крис, что вы нашли ее для меня.

– Мне сразу подумалось, что вам она подойдет. – Надо отметить, Паттерсона удивила та легкость, с которой Шейла завоевала доверие миссис Морели-Джонсон.

Они еще немного поболтали, потом Паттерсон положил перед миссис Морели-Джонсон несколько документов, и та поставила на них свою закорючку. Паттерсон убрал бумаги и протянул миссис Морели-Джонсон стопку стодолларовых банкнотов.

– Я привез вам пять тысяч, миссис Морели-Джонсон, как вы и просили.

Старушка взяла деньги и сунула их в сумочку.

– Мне частенько требуются наличные, и мисс Олдхилл убедила меня, что их лучше всегда иметь при себе… пожалуй, она права, не так ли, Крис?

Паттерсон помялся.

– Чеки безопаснее. – Значит, и это идея Шейлы. – Но теперь деньги при вас.

Миссис Морели-Джонсон похлопала его по руке.

– Не следует принимать меня за ребенка, Крис.

Паттерсон рассмеялся:

– Да у меня такого и в мыслях не было, – но ему стало не по себе. В действительности он обращался со старушкой как с ребенком. Полностью контролировал все ее расходы, а с появлением Шейлы ситуация, похоже, изменилась не в его пользу.

– Ну, не буду больше отнимать вашего времени, Крис, – щебетала миссис Морели-Джонсон. – К тому же и Бромхед ждет. Надо спешить, чтобы все успеть, не так ли? А у меня сегодня столько покупок. – Вновь она похлопала Паттерсона по руке. – На следующей неделе вы должны пообедать со мной, Крис. Шейла вам позвонит.

– С большим удовольствием. – Паттерсон встал. Его переполняло раздражение: с Шейлой поговорить не удалось. В прихожей он столкнулся с Бромхедом. Тот стоял у двери в чистенькой, отутюженной униформе, с фуражкой в руках. Он чуть кивнул Паттерсону и открыл дверь.

– Доброе утро, мистер Паттерсон. – Хорошо поставленный, мелодичный баритон. – Как сегодня самочувствие мадам?

Паттерсон понимал, что собственное плохое настроение никак не должно отражаться на отношениях с обслугой, поэтому тепло улыбнулся Бромхеду.

– Она прекрасно выглядит, – ответил он чуть громче, чем следовало, в надежде, что старушка услышит его. – Такая милая женщина.

Бромхед согласно склонил голову, раскусив замысел Паттерсона и потворствуя ему.

– Вы совершенно правы, сэр… Очень милая женщина.

Миссис Морели-Джонсон их, естественно, услышала. И подумала: какие душки!

Выходя из лифта, Паттерсон увидел Шейлу, покупавшую в газетном киоске последний номер «Лайф». Встреча эта произошла не случайно. Ее устроил Бромхед, точно рассчитав время. Стоя у двери, он подслушивал разговор миссис Морели-Джонсон с Паттерсоном и, как только старушка отпустила последнего, дал Шейле сигнал спуститься в вестибюль. Она остановилась у газетного киоска и проглядывала журналы, искоса следя за световым индикатором лифта, спускающегося с последнего этажа. И когда раскрылись двери кабины, уже расплачивалась за «Лайф». Потом повернулась и направилась к лифту, на ходу пролистывая журнал, словно и не подозревая о идущем навстречу Паттерсоне.

– Шейла.

Она остановилась, подняла голову.

– О… Крис. – Губы ее изогнулись в подобии улыбки. – Я надеялась, что смогу переброситься с вами парой слов. – Она подошла ближе. – Я хотела поблагодарить вас за…

– Пустяки. – У Паттерсона перехватило дыхание. – С благодарностями повременим. Старушка спустится с минуты на минуту. Когда я увижу вас, Шейла?

Голубые глаза широко раскрылись:

– Увидите? Но… я и сейчас перед вами.

«Уж не водит ли она меня за нос, – подумал Паттерсон. – Но ведь она сказала: „Я всегда плачу долги“. Что все это значит?» Он вгляделся в спокойное, чем-то напоминающее маску лицо Шейлы.

– Я хотел бы снова пригласить вас в ресторан или куда-то еще.

– Вы так добры ко мне.

Последовала неловкая пауза. Напрасно Паттерсон надеялся услышать что-то более конкретное, помимо общих слов. Поэтому ему пришлось продолжать самому:

– Прекрасно. Тут неподалеку есть отличное местечко. Когда вы сможете поехать со мной?

– Не знаю. Теперь я не свободна. Я вам позвоню.

– У вас есть право на выходной. Прежняя компаньонка брала себе воскресенье. Как насчет следующего воскресенья?