– Как же так?
– Возмущенно вскинулась девочка.
– Она что, могла проиграть мне специально?

– Проиграть что?
– Расхохотался Гай Майто.
– Что же именно она проиграла, а, Сакура? Это всего лишь детские бои. Но, используя их, можно заставить окружающих думать ровно то, что тебе хочется. И я вовсе не удивлюсь, если Ино-химэ владеет чакрой ничуть не хуже, чем Акира-кун. Уж от менталистки, которую с детства должны были обучать очень тонким техникам, было бы глупо ожидать другого. Так.
– Гай решительно встал на ноги.
– Заболтались мы что-то. А ну-ка, генины, сто кругов вокруг лагеря. А после этого я проверю лично, на что же ты способна, Сакура-тян. Бегом, марш!

И мы побежали. Собственно, у Сакуры сейчас очередной разрыв шаблона имеет место быть. Девочка оценила скорость и силу ударов увиденных ею спарринг-партнеров, после чего у нее началась переоценка ценностей. И, судя по бросаемым то на меня, то на Рока Ли, взглядам, девочка пытается понять, сколько именно она продержится в поединке против одного из нас. И выводы девочка должна сделать очень уж неприятные. Ну что же, лучше уж так, чем при выполнении боевой задачи. Кстати, задумался я, от этой девочки ведь моя жизнь зависеть может. Почему бы не устроить ей практику 'выбитых тенкетсу'? Месяц-другой, и ее возможности очень даже вырастут. Да и Року Ли такое не повредит, особенно, если предположить, что я все же сумею починить его систему чакра-каналов. Решено, тайна не велика. Да и не тайна это, собственно. Хизаши ведь рассказывал мне, как именно он обучал своих подопечных, пока на чисто боевую работу не перешел.

Сенсей после пробежки дал нашей куноичи время прийти в себя, после чего начал проверять ее возможности в тайдзюцу. Н-да, ну что тут скажешь... Пусть Ирука горит в местном аду. Ее ведь теперь не учить, ее переучивать придется, ломая вбитые рефлексы. И Гай, похоже, того самого мнения, вон, как сморщился. Так и хочется, глядя на такую вот физию, предложить ему средство от несварения желудка. Впрочем, отказываться от задачи, сколь сложной бы она не была, Гай Майто не собирался. Ободряюще улыбнувшись девочке, сенсей пообещал подтянуть ее навыки в тай, да так, что через полгода она лишь смеяться будет на той неуклюжей глупышкой, какой когда-то была. Девочка только робко улыбнулась, с надеждой глядя на сенсея. Похоже, она уже уверовала в его способность пройти по воде, и накормить всех страждущих пятью хлебами. Впрочем, что это я... Уж с чем с чем, а с хождением по воде у Гая никогда сложностей не было!

А дальше Сакуру ждало ее маленькое персональное чистилище. Гай заставлял ее проделывать стандартные ката и движения-связки, подмечая каждую неточность в исполнении. Нет, он пока не давал ей новый материал, вовсе нет. От всего лишь добивался качественной отработки уже изученного, попутно корректируя откровенные ляпы, допущенные при ее обучении. И работал он на совесть. Хорошим подспорьем оказалась толстая, гибкая хворостина, при каждом неловком движении со свистом врезающаяся в локти, запястья и бедра девочки. Ну что же, Окини-сама еще когда мне сказала сакраментальную вещь, в правдивости которой я убедился на собственном опыте. Нет, ну кто бы спорил, а? Боль, она и правда наилучший учитель. И тщательный, методичный подход Гая начал давать свои плоды...

Нас же с Роком Ли ждали бесконечные спарринги. Но теперь мы вовсе не старались отправить партнера в аут, вовсе нет. Мы отрабатывали разные боевые ситуации, что было полезно для нас обоих. Рок вырабатывал привычку противостоять быстрому неконтактному бойцу, чьи удары достигают цели с расстояния в десять-пятнадцать сантиметров, да, вдобавок, учился противостоять 'вихрю ударов небес', минимизируя получаемый урон. И Рок учился с упорством фанатика. Он был готов вести учебные бои с утра до поздней ночи, без перерыва на сон и еду. При этом нельзя сказать, что для меня эти поединки были бесполезными. Вовсе нет. Слишком уж я привык к методам боя клана Хъюга, что, вообще говоря, было опасным. Но ничего, опыт для нас сейчас самое ценное, и мы этот опыт старательно нарабатывали, прерываясь разве что на сон, еду, и санитарные мероприятия.

Сенсей, к слову сказать, очень даже воспринял идею энергетических тренировок путем массажа тенкетсу чакрой. Выслушав мои 'почему' и 'зачем', он лишь поинтересовался, где же я был, такой умный и красивый, пятнадцать лет назад, когда формировалась энергетика его собственного организма. При этом Гай категорически запретил проводить какую-либо анестезию в процессе. Шиноби должны уметь терпеть боль, и точка. Мало ли под какой удар доведется попасть? Вот пусть и привыкают молодые генины заранее. Я лишь поморщился на эту сентенцию, а наблюдающие на за нашей беседой сокомандники сделали свои выводы, наградив сенсея мрачными и обреченными взглядами. И Рок, и Сакура - они уже имели представление, что такое энергетический удар по тенкетсу. Ну и что, что воздействие 'инь' чакрой прямого и явного вреда не наносит? Ощущения то будут при этом ого-го! Сравнимые с тем самым ожогом, или укусом шершня. Но Гая их мнение интересовало меньше всего. Сказано делать - значит, делать, и точка.

А еще нас ждали тренировки на скорость. Теперь мы носились как оглашенные по сильно пересеченной местности, при этом сенсей прямо предупредил нас, что переломавший себе что-либо обычным сеансом лечения у штатного ирьенина группы не отделается. Не-е-ет, такого счастливчика будет ждать нечто особенное. И почему-то никому из нас, генинов команды 'Бэ' сто шестьдесят три, не пришло в голову сомневаться, что боль от увечья будет чем-то совершенно несущественным по сравнению с тем, что уготовил неудачнику Гай-сенсей. Мы же уже в достаточной степени оказались знакомы с его педагогическими талантами. Да что там говорить, достаточно вспомнить, как он поощрял последнего прошедшего полосу препятствий! Удар его импровизированным стеком пониже поясницы - это самое легкое, что ждало такого неудачника. Вот так мы и тренировались. Монотонную рутину тренировок прервало разве что одно событие, произошедшее на седьмой неделе с начала нашего 'автономного плаванья'.

Буквально перед окончанием курса тренировок нас навестил Хизаши Хъюга. Мой приемный отец появился на площадке, облюбованной под лагерь, ближе к вечеру. Вежливо поприветствовав присутствующих, джоунин уселся поближе к костру. На поляне воцарилось неловкое молчание, первым которое нарушил наш наставник.

– Хизаши-сан, - поклонился Гай-сенсей, - чем мы обязаны вашему визиту?

– Да так, - тонко улыбнулся Хизаши, - я просто проходил мимо. Почему бы и не зайти на огонек, думаю? Кстати, Акира, - усмехнулся он, - тебе тут подарки просили передать. Миори пирог приготовила, да и твоя невеста от нее не отстает - вручила мне мясо по песчаному. Говорит, старалась...
– Приемный отец задумчиво помассировал губу. Он что, проверяет, не шатается ли зуб? У меня очень плохое предчувствие... Он ведь может заставить меня все это слопать, прямо в его присутствии!