Человек – это животное, способное к садизму.

И к самопреодолению.

Конрад ненадолго прервал писанину, чтобы поотжиматься от пола и позабавляться со свинцовыми чушками. Сразу же его грудину сотрясли болезненные вибрации, а дыхалка разродилась нехорошим сипом. Пустое. Без працы не бенде калалацы. Иван Корейша.

В сущности, есть всего два умения: повелевать и подчиняться.

Страна Сволочей, родина слонов...

Два этапа – Переделка и Беспределка. Переделка ставила задачей переделать посюсторонний, земной уклад Страны Сволочей. Беспределка же, как явствует из самого названия, знаменовала её разомкнутость в Беспредельное.

Сволочной язык до мозга костей – сакрален. Сплошь воззвание к божествам, заклинание стихий. Изобилует мантрами. Весь народ от мала до велика, обоего полу и всех сословий приучен изъясняться строго по-мантерному. После всякого профанного слова, означающего какое-нибудь означаемое следуют минимум одна-две, а то и девять мантр.

В строгие времена считалось греховным использовать эти мантры в печати, передавать по радио и телевидению. Ибо только вживую звучащие из уст микрокосма, они резонируют в прямом эфире макрокосма, вызывают ответные вибрации окоёма, небозёма и матушки-земли сырой. Но во времена беспределки, тем паче с появлением интернета расшатались основы нравственности, поколебались заповеди-заветы отцов-основателей: мантры стали пригвождать к бумаге и долбать об экраны. А ведь напиши «Ом шанти» хоть 72-ым кеглем, Мировая Душа не откликнется. Она отзовётся только на глас живой.

Раз есть язык, значит есть те, кто говорит на нём хорошо.

Идеальный современный интеллектуал знает, что он такой же, как все, только хуже. Он и есть такой же, как все, только хуже. У него те же установки, потребности, ценности, но на беду, к тому же, ещё интеллект и эрудиция. Единственный путь исправить эти недостатки – превратить их в достоинства: стряпать для такого же, как он, читателя потешные историйки: лоскутья эрудиции крепко сшиваются нитью интеллекта. А линии кроя определяет потребитель – такой же, как он.

Тех, кого обычно зовут лузерами, на самом деле всего лишь вторые.

Это страна нераскаявшихся, ибо невиновных.

По Э. Канетти властитель – это Выживающий. Так оно и есть, в сфере политики. В сфере современной практической эстетики Выживающий – средоточие её этической начинки. То есть: Канетти жизнь положил, доказывая, что кто выжил, тот и прав. Гора родила мышь – нечто сие не азбучная истина? Важна подмена, внесённая масс-культурой (со времён Дюма): кто выжил, тот и добр.

В американских фильмах отрицательные нелюди имеют нехороший блеск в глазах, а порой и прожигающее наскрозь горение. Сволочная же нелюдь в совершенстве пустоглаза.

Вообще западная людь отличается подчёркнутой выразительностью лиц, сволочная – пестуемой и культивируемой в себе безликостью. Не путать с безличностью: личностей у нас побольше, чем лиц будет. Безликость, может быть, одна формирует личность.

Любимая теза о пустоте как сути Страны Сволочей.

Вертикальный зрачок.

Или «сволочная душа» – всем симулякрам симулякр, или её умело прячут. Но чтобы спрятать душу, в структуре личности должно присутствовать нечто более могучее и существенное. Тогда: стоит ли всерьёз принимать «душу»?

Весь нонешний Запад – роскошный музейный ландшафт; утомлённая полнота окончательности. А ландшафт Страны Сволочей начален, весь взывает к преображению, руины раннего неудачного опыта в череде последующих.

Это уже не страна-подросток. Молодо, да зрело.

По ящику показывали фиктивную историю об инженере, который от безысходности плюс необходимости кормить семью стал карманным вором. Только для того показали, чтобы телезритель в интерактиве ответил на вопрос: продолжать бедняге свой промысел или нет?

82% зрителей сказали: продолжать. Это меня не шибко удивило. И то, что 18% сказавших «не продолжать», посмотрев передачу, тут же выбросят её из головы и будут спать спокойно, не удивило. Даже по дискуссии в студии было ясно: если не продолжать, то лишь потому, что в конце концов сядет, а не потому, что «не укради».